Отец и сын
У меня есть рубрика "женщины", но нет рубрики "мужчины". Это вовсе не потому, что я плохо отношусь к мужчинам. Вовсе нет. Я их люблю, особенно некоторых, но мне гораздо интереснее следить за жизненными перипетиями женщин, чем за подвигами и достижениями мужчин. Но иногда мне хочется сделать исключение. Особенно в день 8-го марта (и пусть в Англии его не празднуют, мы - латвийцы, храним этот праздник в душе и всегда поздравляем друг друга, а наши мужчины дарят нам цветы и милые подарки). Какой же Женский день без мужчин? Вот я и решила написать о двух интересных мужчинах: отце и сыне Рогозовых, Леониде и Владиславе.
Если кто не знает, Леонид Рогозов был известен в 60-ые годы в Советском Союзе так же, как Юрий Гагарин, и тоже был национальным героем. Владимир Высоцкий посвятил ему песню.
Леонид Рогозов родился в 1934 году в Читинской области в семье шофера и доярки. Как политкорректно пишет Википедия, вскоре семью "по политическим мотивам" сослали в Алма-Ату, а через два года семья перебралась в Минусинск (Красноярский край), где Леня пошел в школу. Во время войны отец Леонида погиб, а сам он после 7-го класса пошел в горный техникум, но бросил его и доучился в школе. Ушел в армию. После армии Леонид поступил в Ленинградский педиатрический медицинский институт на лечебный факультет. Сразу же после окончания института его зачислили в клиническую ординатуру по хирургии. Обычная жизнь обычного советского человека.
Но как оказалось, Леонид не был обычным человеком, то есть обывателем, делающим карьеру. Он бросил ординатуру и отправился на дизель-электроходе «Обь» в Антарктиду в качестве врача 6-й Советской Антарктической экспедиции. Во время этой экспедиции была открыта новая антарктическая станция - Новолазаревская. Леонид Рогозов во время этой экспедиции кроме функций врача выполнял еще работу метеоролога и водителя.
Леонид Рогозов слева
Сама по себе работа в Антарктике - подвиг, но прославился Леонид Рогозов не этим. Неожиданно Леонид обнаружил у себя тревожные симптомы, говорящие о том, что у него острый аппендицит. Никакие местные манипуляции не помогали, Леониду становилось хуже. Корабль вернется за ними почти через год, на ближайших станциях самолетов не было, да и полет был невозможен из-за снега и метели, врачей, кроме него, не было тоже. Оставался последний выход - делать операцию самому себе.
Делать операцию самому себе доктору помогали метеоролог, подававший инструменты, и инженер-механик, державший у живота больного зеркало. Кроме того рядом был начальник станции на случай, если кому-то из "ассистентов" станет плохо от вида крови и внутренностей.
Сам Леонид Рогозов описывает в эту операцию так
"... Я не позволял себе думать ни о чём, кроме дела… В случае, если бы я потерял сознание, Саша Артемьев сделал бы мне инъекцию — я дал ему шприц и показал, как это делается… Мои бедные ассистенты! В последнюю минуту я посмотрел на них: они стояли в белых халатах и сами были белее белого. Я тоже был испуган. Но затем я взял иглу с новокаином и сделал себе первую инъекцию. Каким-то образом я автоматически переключился в режим оперирования, и с этого момента я не замечал ничего иного.
Добраться до аппендикса было непросто, даже с помощью зеркала. Делать это приходилось в основном на ощупь. Внезапно в моей голове вспыхнуло: "Я наношу себе всё больше ран и не замечаю их… " Я становлюсь слабее и слабее, мое сердце начинает сбоить. Каждые четыре-пять минут я останавливаюсь отдохнуть на 20—25 секунд. Наконец, вот он, проклятый аппендикс!.. На самой тяжелой стадии удаления аппендикса я пал духом: мое сердце замерло и заметно сбавило ход, а руки стали как резина. Что ж, подумал я, это кончится плохо. А ведь все, что оставалось, — это собственно удалить аппендикс! Но затем я осознал, что вообще-то я уже спасен!"
После операции Леонид быстро восстановился и вернулся к работе, но прошло еще много месяцев прежде, чем он вернулся домой. Экспедицию задержали в Антарктиде и эвакуировали полярников на самолете. В экспедиции Леонид понял, что работа полярника не для него, его призвание - хирургия. После возвращения домой, Леонид Рогозов стал национальным героем, но слава ему не нравилась, он старался избегать внимания окружающих. Закончил аспирантуру, работал хирургом и заведующим отделений в разных клиниках. Умер в 66 лет от рака легких от осложнений после операции.
Через 18 дней после операции Леонида самому себе в космос полетел Юрий Гагарин. Его слава, конечно, затмила славу Леонида Рогозова, но тем не менее, Леонида не забывали тоже. Эти двое были очень похожи, супергерои 60-х. Обоим было по 27 лет, оба происходили из простых семей, у обоих была лучезарная улыбка и оба смогли совершить нечто первое в истории человечества. До Леонида Рогозова самому себе операцию по удалению аппендикса не делал никто. После случая с Леонидом, в некоторых странах операция по удалению аппендикса стала обязательной для всех полярников, а сам Леонид Рогозов стал символом поколения, которое считало, что надо верить в себя и бороться до конца.
Леонид Рогозов бы женат трижды. Его второй женой была чешка Марцела Рогозова. Познакомились они по переписке, позже Леонид приехал в Чехословакию читать лекции, и у них с Марцелой, студенткой мединститута, завязались романтические отношения. Леонид постоянно летал в Прагу и буквально заваливал цветами и носил Марцелу на руках.
Сыграли свадьбу, но советские войска ввели в Чехословкию танки, и Марцелу посчитали предательницей. В доме ее родителей даже били стекла. Но Марцела жила в Ленинграде и была счастлива. Она училась в мединституте, родила двух детей, сына Владислава и дочь Елену. Все было бы прекрасно, если бы не одно но... Это "но" - очень частый камень преткновения в жизни с российскими мужчинами.
Владислав с отцом
Благодарные пациенты приносили в подарок доктору спиртное, и он начал пить. А во хмелю был буйным. Детей не трогал, а Марцеле доставалось. Бил ее до синяков. Марцела часто спасалась вместе с детьми от кулаков мужа на вокзале или у знакомых. Однажды она выпрыгнула из окна и сломала ноги.
В конце концов Марцела не выдержала, забрала детей и сбежала на родину. По официальной версии "она скучала по дому". Но сын, Владислав, рассказывает, что это не так. Его мама любила Ленинград, у нее была работа (она работала в роддоме акушером-гинекологом и преподавала студентам), было много друзей и отца она тоже любила, но выносить побои не смогла.
На родине Марцеле пришлось нелегко. Но она боролась. Открыла частную амбулаторию в небольшом городке, работает там и сейчас, у нее тысячи пациентов.
С Леонидом Марцела развелась заочно, через пять лет вышла замуж за чеха, они живут вместе до сих пор.
Рассказывает Владислав Рогозов, сын Леонида:
- Когда денег не хватало, мама много дежурила и часто брала нас с собой. Мы большую часть детства прожили в больнице. Вместе ходили на обходы и сами стали помогать больным. Можно ли было после этого не пойти в медицину? Моя сестра Лена открыла собственный участок и стала семейным врачом на севере Чехии. А я работал анестезиологом и специалистом по реанимации в хирургии сердца... Характером я пошел в отца — такой же авантюрист. Как и он, много летал на вертолёте к самым тяжёлым больным, был как врач с разными экспедициями в горах и в море во многих точках земного шара... Когда мне исполнилось 30 лет, я решил, что должен все забыть и встретиться с отцом. И именно в этот год он умер. С тех пор я несколько раз приезжал в Санкт-Петербург, бываю на могиле отца. Жалею, что не нашёл в себе сил простить его раньше..."
Когда рухнул железный занавес, врачам в Чехии пришлось туго (как и в Латвии), и Владислав уехал в Англию. Сейчас он живет в Шеффилде и работает в Королевском госпитале.
Доктор Владислав Рогозов
Недавно произошла история, которая хорошо характеризует его, как сына своего отца.
Доктор Рогозов должен был проводить анестезию пациенту во время операции. Перед операцией в операционный зал вошла женщина-хирург. Она была в хиджабе. Рогозов потребовал у нее вместо хиджаба надеть на себя стерильную шапочку и маску. Оперировать в платке, не прошедшем санобработку - недопустимо. После долгих препирательств женщина-врач отказалась оперировать, вышла из зала и потребовала у руководства больницы искать ей замену. Позже она обвинила доктора Рогозова в том, что он подверг ее расовой дискриминации. Доктора, отработавшего 10 лет в этой больнице, временно отстранили от работы и назначили служебную проверку. В кулуарах коллеги поддерживали Рогозова, уверяя его, что тоже возмущены таким вопиющим несоблюдением санитарных норм, но не протестовали, боясь увольнения.
К чести руководства больницы, они вынесли вердикт о том, что религиозные атрибуты, в том числе, платки, "не допустимы в таких помещениях, как операционная, где они могут оказаться источником инфекции и представлять опасность для здоровья пациента". Доктора Рогозова вернули на работу, а женщина-хирург уволилась.
Доктор Рогозов сказал журналистам, что он и впредь не намерен терпеть вещей, которые могут нести угрозу здоровью пациентов. Он считает, что такие люди не имеют права быть медиками. Если человек показывает пациенту, что сначала он мусульманин, а потом медик, ему не место в медицине.
В своем блоге доктор Рогозов написал: Если медики в развитых странах боятся обратить внимание на угрозы безопасности пациентов из-за обвинений в расизме, то это является примером абсурдности мультикультурализма".
Если кто не знает, Леонид Рогозов был известен в 60-ые годы в Советском Союзе так же, как Юрий Гагарин, и тоже был национальным героем. Владимир Высоцкий посвятил ему песню.
Леонид Рогозов родился в 1934 году в Читинской области в семье шофера и доярки. Как политкорректно пишет Википедия, вскоре семью "по политическим мотивам" сослали в Алма-Ату, а через два года семья перебралась в Минусинск (Красноярский край), где Леня пошел в школу. Во время войны отец Леонида погиб, а сам он после 7-го класса пошел в горный техникум, но бросил его и доучился в школе. Ушел в армию. После армии Леонид поступил в Ленинградский педиатрический медицинский институт на лечебный факультет. Сразу же после окончания института его зачислили в клиническую ординатуру по хирургии. Обычная жизнь обычного советского человека.
Но как оказалось, Леонид не был обычным человеком, то есть обывателем, делающим карьеру. Он бросил ординатуру и отправился на дизель-электроходе «Обь» в Антарктиду в качестве врача 6-й Советской Антарктической экспедиции. Во время этой экспедиции была открыта новая антарктическая станция - Новолазаревская. Леонид Рогозов во время этой экспедиции кроме функций врача выполнял еще работу метеоролога и водителя.
Леонид Рогозов слева
Сама по себе работа в Антарктике - подвиг, но прославился Леонид Рогозов не этим. Неожиданно Леонид обнаружил у себя тревожные симптомы, говорящие о том, что у него острый аппендицит. Никакие местные манипуляции не помогали, Леониду становилось хуже. Корабль вернется за ними почти через год, на ближайших станциях самолетов не было, да и полет был невозможен из-за снега и метели, врачей, кроме него, не было тоже. Оставался последний выход - делать операцию самому себе.
Делать операцию самому себе доктору помогали метеоролог, подававший инструменты, и инженер-механик, державший у живота больного зеркало. Кроме того рядом был начальник станции на случай, если кому-то из "ассистентов" станет плохо от вида крови и внутренностей.
Сам Леонид Рогозов описывает в эту операцию так
"... Я не позволял себе думать ни о чём, кроме дела… В случае, если бы я потерял сознание, Саша Артемьев сделал бы мне инъекцию — я дал ему шприц и показал, как это делается… Мои бедные ассистенты! В последнюю минуту я посмотрел на них: они стояли в белых халатах и сами были белее белого. Я тоже был испуган. Но затем я взял иглу с новокаином и сделал себе первую инъекцию. Каким-то образом я автоматически переключился в режим оперирования, и с этого момента я не замечал ничего иного.
Добраться до аппендикса было непросто, даже с помощью зеркала. Делать это приходилось в основном на ощупь. Внезапно в моей голове вспыхнуло: "Я наношу себе всё больше ран и не замечаю их… " Я становлюсь слабее и слабее, мое сердце начинает сбоить. Каждые четыре-пять минут я останавливаюсь отдохнуть на 20—25 секунд. Наконец, вот он, проклятый аппендикс!.. На самой тяжелой стадии удаления аппендикса я пал духом: мое сердце замерло и заметно сбавило ход, а руки стали как резина. Что ж, подумал я, это кончится плохо. А ведь все, что оставалось, — это собственно удалить аппендикс! Но затем я осознал, что вообще-то я уже спасен!"
После операции Леонид быстро восстановился и вернулся к работе, но прошло еще много месяцев прежде, чем он вернулся домой. Экспедицию задержали в Антарктиде и эвакуировали полярников на самолете. В экспедиции Леонид понял, что работа полярника не для него, его призвание - хирургия. После возвращения домой, Леонид Рогозов стал национальным героем, но слава ему не нравилась, он старался избегать внимания окружающих. Закончил аспирантуру, работал хирургом и заведующим отделений в разных клиниках. Умер в 66 лет от рака легких от осложнений после операции.
Через 18 дней после операции Леонида самому себе в космос полетел Юрий Гагарин. Его слава, конечно, затмила славу Леонида Рогозова, но тем не менее, Леонида не забывали тоже. Эти двое были очень похожи, супергерои 60-х. Обоим было по 27 лет, оба происходили из простых семей, у обоих была лучезарная улыбка и оба смогли совершить нечто первое в истории человечества. До Леонида Рогозова самому себе операцию по удалению аппендикса не делал никто. После случая с Леонидом, в некоторых странах операция по удалению аппендикса стала обязательной для всех полярников, а сам Леонид Рогозов стал символом поколения, которое считало, что надо верить в себя и бороться до конца.
Леонид Рогозов бы женат трижды. Его второй женой была чешка Марцела Рогозова. Познакомились они по переписке, позже Леонид приехал в Чехословакию читать лекции, и у них с Марцелой, студенткой мединститута, завязались романтические отношения. Леонид постоянно летал в Прагу и буквально заваливал цветами и носил Марцелу на руках.
Сыграли свадьбу, но советские войска ввели в Чехословкию танки, и Марцелу посчитали предательницей. В доме ее родителей даже били стекла. Но Марцела жила в Ленинграде и была счастлива. Она училась в мединституте, родила двух детей, сына Владислава и дочь Елену. Все было бы прекрасно, если бы не одно но... Это "но" - очень частый камень преткновения в жизни с российскими мужчинами.
Владислав с отцом
Благодарные пациенты приносили в подарок доктору спиртное, и он начал пить. А во хмелю был буйным. Детей не трогал, а Марцеле доставалось. Бил ее до синяков. Марцела часто спасалась вместе с детьми от кулаков мужа на вокзале или у знакомых. Однажды она выпрыгнула из окна и сломала ноги.
В конце концов Марцела не выдержала, забрала детей и сбежала на родину. По официальной версии "она скучала по дому". Но сын, Владислав, рассказывает, что это не так. Его мама любила Ленинград, у нее была работа (она работала в роддоме акушером-гинекологом и преподавала студентам), было много друзей и отца она тоже любила, но выносить побои не смогла.
На родине Марцеле пришлось нелегко. Но она боролась. Открыла частную амбулаторию в небольшом городке, работает там и сейчас, у нее тысячи пациентов.
С Леонидом Марцела развелась заочно, через пять лет вышла замуж за чеха, они живут вместе до сих пор.
Рассказывает Владислав Рогозов, сын Леонида:
- Когда денег не хватало, мама много дежурила и часто брала нас с собой. Мы большую часть детства прожили в больнице. Вместе ходили на обходы и сами стали помогать больным. Можно ли было после этого не пойти в медицину? Моя сестра Лена открыла собственный участок и стала семейным врачом на севере Чехии. А я работал анестезиологом и специалистом по реанимации в хирургии сердца... Характером я пошел в отца — такой же авантюрист. Как и он, много летал на вертолёте к самым тяжёлым больным, был как врач с разными экспедициями в горах и в море во многих точках земного шара... Когда мне исполнилось 30 лет, я решил, что должен все забыть и встретиться с отцом. И именно в этот год он умер. С тех пор я несколько раз приезжал в Санкт-Петербург, бываю на могиле отца. Жалею, что не нашёл в себе сил простить его раньше..."
Когда рухнул железный занавес, врачам в Чехии пришлось туго (как и в Латвии), и Владислав уехал в Англию. Сейчас он живет в Шеффилде и работает в Королевском госпитале.
Доктор Владислав Рогозов
Недавно произошла история, которая хорошо характеризует его, как сына своего отца.
Доктор Рогозов должен был проводить анестезию пациенту во время операции. Перед операцией в операционный зал вошла женщина-хирург. Она была в хиджабе. Рогозов потребовал у нее вместо хиджаба надеть на себя стерильную шапочку и маску. Оперировать в платке, не прошедшем санобработку - недопустимо. После долгих препирательств женщина-врач отказалась оперировать, вышла из зала и потребовала у руководства больницы искать ей замену. Позже она обвинила доктора Рогозова в том, что он подверг ее расовой дискриминации. Доктора, отработавшего 10 лет в этой больнице, временно отстранили от работы и назначили служебную проверку. В кулуарах коллеги поддерживали Рогозова, уверяя его, что тоже возмущены таким вопиющим несоблюдением санитарных норм, но не протестовали, боясь увольнения.
К чести руководства больницы, они вынесли вердикт о том, что религиозные атрибуты, в том числе, платки, "не допустимы в таких помещениях, как операционная, где они могут оказаться источником инфекции и представлять опасность для здоровья пациента". Доктора Рогозова вернули на работу, а женщина-хирург уволилась.
Доктор Рогозов сказал журналистам, что он и впредь не намерен терпеть вещей, которые могут нести угрозу здоровью пациентов. Он считает, что такие люди не имеют права быть медиками. Если человек показывает пациенту, что сначала он мусульманин, а потом медик, ему не место в медицине.
В своем блоге доктор Рогозов написал: Если медики в развитых странах боятся обратить внимание на угрозы безопасности пациентов из-за обвинений в расизме, то это является примером абсурдности мультикультурализма".