Categories:

Пока в Риге жара, надо ехать в Лиепаю на море

По нашим местным меркам, Лиепая - самый солнечный город в Латвии, но и он же самый ветреный. В Лиепае - открытое море, а не залив.
Поэтому сложив минус с плюсом, получается самая комфортная погода по нынешним временам.
Температура воздуха +26, а воды +23. Весь день светит солнышко, а вечером лениво прогрохочет гроза, и минут пять льет дождь, сильный, как из ведра. Так было позавчера, так же было и вчера.

Август в Лиепае - всегда бархатный сезон, а при такой погоде, как сейчас, лучшего места для отдыха нет нигде.

Разумеется, я потащила всех на пляж в Каросту. Да еще на дальние развалины. По пути своей неизменной мобилкой пофоткала местные достопримечательности, которых в моем журнале еще не было.
В некоторых из этих мест я не бывала с детства, но оказалось, что ноги мои сами знают куда идти, и я интуитивно находила места, о которых давно не вспоминала, да и изменились они совсем.
Так что я вполне могу работать сталкером. Обращайтесь.

Здесь, в Каросте, будто находится грань между прошлым и современным.
Время здесь не остановилось, но кажется, что оно движется медленнее, чем во всем остальном мире.
Новое пробивается слишком медленно, потому что старое еще не ушло в небытие и цепляется за реальность.
Как вот эти закрытые ворота. Поезд давно не ходит, кирпичные стены вокруг разрушены, осталась только одна лицевая стена, зачем-то закрытая уже давно не нужными воротами.

Из этих домов жизнь ушла уже не меньше 10 лет назад. Но они будто живут и до сих пор ждут своих прежних хозяев

Время, ветер и люди разрушили стены дома, но сердце его - очаг - все еще живет

Лмепайский "стоунхедж". Если кто не догадался, здесь проходила теплотрасса, и эти каменные столбы - опоры, на которых лежала большая толстая труба

Догадайтесь с трех раз, что это за вышка. Улица эта в советские времена называлась улицей Крейсера Варяга (сейчас Турайдас - наспех данное название, не имеющее никакого отношения к Каросте) и ведет она к проспекту, который назывался Гвардейским (сейчас Атмодас)

Старые особнячки совсем обветшали. Стоят заколоченными и ждут. То ли смерти, то ли возрождения

На этой каменной мостовой, как раз напротив этого, сейчас не жилого, дома, я впервые узнала, как больного щиплются гуси.
Когда я жила у бабушки, то носилась с местными мальчишками по всем дворам и однажды оказалась и здесь. Больше я сюда не ходила.

А в домах попроще все еще живут немногочисленные местные аборигены

Местный абориген на ступеньках местного светоча культуры - интернет-салона, то ли замученный виртуальным общением, то ли употреблением колы в жару

А здесь за ажурной оградой стоит домик, который люди, помнящие лихие 90-ые, до сих пор обходят стороной. Этот домик с крылечком и двумя деревянными колоннами называется Фортс Юра - ресторан, где в перестроечные годы собиралась на стрелки местная братва, и из оружия палили, как в каком-нибудь Бронксе.
Чуть дальше - блошиный рынок - местный Латгальчик.
А еще дальше - "красный магазин" - сейчас заколоченный, а когда-то снабжавшийся организацией под названием Военторг и ломившийся от дефицитных продуктов

Думаю, что и на возрождение храма пошло ни мало кровавых денег.
Сначала братков отстреливали в Форте Юра, а потом отпевали здесь.

Кроме собора в Каросте иностранные туристы любят посещать гарнизонную тюрьму - музей тюрьмы. Здесь туристов пугают ужасами советской эпохи.
Страшно гремят ключами, открывая двери камер, запихивают туда бедных туристов, где предлагают кильку в томате, соленый огурец и водку и граненых стаканах.
Тюремщики покрикивают на туристов, выводят их погулять во двор с колючей проволокой и пугают привидениями.
Внутрь мы заходить не стали. Жалко тратить деньги за просмотр морской гауптвахты.

А дальше мимо жилых домов, похожих как близнецы-братья на все дома всех бывших военных городков, мы отправились через лес к морю на дикий пляж, куда обычно забегают только местные мальчишки.
По дороге постоянно попадаются заросли шиповника

В лесу трава - изумрудно-зеленая. а на открытых пространствах - желтая, выжженная. Вообще лес, который ведет к морю очень теплый какой-то и ухоженный.

За исключением одного места, где не слышно птиц, не растут ягоды и грибы и деревья стоят будто обсыпанные золой и пеплом - настоящее царство Берендея

Лес этот растет на дюнах из белого песка. Зимой, когда выпадает снег, здесь катаются на лыжах и санках

А еще в этом лесу сохранились остатки военных укреплений. На эту башню в детстве мы лазили посмотреть на окрестности. Если бы какой-нибудь шпион в советские времена забрался на нее, он бы видел и порт и военные части, спрятанные в лесу.

Сейчас внутри башни выломана лестница. Это сделано для безопасности, чтобы народ не лазил: башня ветхая и может обрушиться.
Кто-то затащил внутрь толстый ствол дерева с сучками, по которому можно вскарабкаться до самого верха. Но мы не рискнули.