Ли Чайлд - №1 среди писателей "крутых" детективов и коммерческой прозы
На выходные во вьетнамском ресторанчике Pho рядом с вокзалом Grand Central в Бирмингеме был замечен обедающий Том Круз. Посетители ресторана были в ажиотаже и щелками его на свои телефоны. Казалось, присутствие заокеанской голливудской звезды в далеко не самом шикарном ресторанчике Бирмингема "невыполнимая миссия". Но Том Круз сейчас находится в Великобритании на съемках последней части "Миссия невыполнима", поэтому свалился он не как снег на голову. Но почему он обедал в Бирмингеме? Зачем приехал?
В соцсетях появилась куча версий:
1. В Бирмингеме будут снимать очередной эпизод "Миссии" в пустующем сейчас здании магазина Джона Льюиса, где, якобы, построен кинематографический аэродром.
2. Станцию New Street Station используют для съемок крушения поезда.
3. Том любит лапшу, а поскольку ресторан Pho специализируется на лапше, то приехал со съемок из Бакингемшира, чтобы поесть лапши. Хозяйка заведения подтвердила, что Том Круз со своей командой обедал у нее, но никаких других деталей не сообщила, поскольку она "уважает его конфиденцеальность".
4. Круз - заядлый саентолог и приехал в саентологическую церковь Бирмингема, самую большую в Великобритании.
5. Том нанес тайный визит Ли Чайлду, который сейчас тоже находится в Бирмингеме.
Правда или нет в первых двух пунктах выяснится в мае следующего года, когда фильм выйдет на экраны, насчет остальных пунктов остается только гадать. Может быть у Круза совсем другие причины для приезда в Бирмингем, но Ли Чайлд - личность интересная, и я подумала, что п.5 вполне имеет право на существование и решила посвятить Ли Чайлду одну страничку в своем журнале.
Самый известный герой Ли Чайлда - отставной военный полицейский Джек Ричер. В фильме по одному из романов "Один выстрел" его сыграл Том Круз.
Настоящее имя Ли Чайлда - Джеймс Довер Грант. В детстве его звали Джимом. Отец Джима был ирландцем, родился и жил в Белфасте в том же самом доме, где позже родился певец Ван Моррисон. Семья Грантов относилась к низшей ступеньке среднего класса, как говорит сам Джим, "потрепанной, но незаметно заштопанной". В семье всегда была еда и новая обувь у детей к каждому учебному году, но у них не было денег. Мистер Грант был налоговым инспектором, который ездил на работу в автобусе и зарабатывал меньше, чем синие воротнички в автомобильной промышленности.
У Грантов было четверо сыновей, Джим родился в Ковентри в 1954 году. Война почти 10 лет как закончилась, но город еще только возрождался из руин. Каждую субботу после обеда мать сажала Джима в большую коляску, чтобы посмотреть, как строится новый собор Св. Михаила рядом со старым, полуразрушенным бомбежкой (о Ковентри и строительстве собора я писала тут).
Фото из моего архива
Когда Джиму было четыре года, семья переехала в Бирмингем и поселилась в Хэндсворт-Вуде, престижном пригороде. Родители были нацелены на то, чтобы дать детям хорошее образование. Сначала Джим учился в хэндсфорской Cherry Orchard Primary School (сейчас эта школа в табеле о рангах считается "хорошей", не престижной, но дает крепкие знания), позже он учился в одной из самых престижных школ Бирмингема, эджбастонской школе King Edward's School.
Несмотря на желание родителей дать своим мальчикам самое лучшее, Джим постоянно чувствовал себя подавленным. Родители были людьми холодными, а потери войны и послевоенная серость преследовали Джима повсюду. Его отец, офицер Королевской службы инженеров-электриков и механиков, был одним из первых, кто попал в нацистский лагерь в Берген-Бельзене, и, хотя он никогда не говорил об этом, ужас испытанного им проявлялся в самые неожиданные моменты и самым пугающим образом. Однажды, когда мальчики шутливо дрались на улице, он заметил: "Вы бы не стали этого делать, если бы знали, как пахнет смерть". Это было сказано таким голосом, что баловаться мальчишкам тут же расхотелось.
Его дед по отцовской линии, капрал Королевских дублинских фузилеров, страдал от постоянной боли из-за потери ноги в заливе Сувла. Его дедушка по материнской линии, жизнерадостный весельчак, выкуривавший по 100 сигарет в день, потерял работу военно-морского чертежника в результате Великой депрессии. С большим трудом он устроился на работу в школе, к которой не лежала его душа.
Джим говорит, что в то время его жизнь была окутана сплошной серостью, как туманом от ненавистного горохового супа. Играя во дворе в футбол, он только в 12 лет узнал, что Уимблдон проводится на изумрудно-зеленой траве, а не на твердом, сером асфальте.
В детстве Джим мечтал о побеге. Он влюбился в Манхэттен в возрасте четырех лет, когда нашел в местной библиотеке книжку с картинками, и страстно мечтал туда попасть. Истории о детях-сиротах, переживающих приключения в дикой природе, будоражили его ум.
"Самым большим подарком первые 14 лет моей жизни была возможность чтения. Мы использовали чикагскую систему получения дополнительных читательских билетов. В библиотеку были записаны все жидьцы нашего дома. Даже у нашей собаки был читательский билет. Я читал постоянно. Когда я начал писать, у меня в голове были десятки тысяч книг - плюс особое отношение брумми к работе: без суеты, без драмы, просто сделай это, и обязательно с небольшой тихой гордостью", - рассказывал Джим.
Еще одной отдушиной был театр. Сначала это были музыкальные феерии, которые устраивала директриса начальной школы, а затем, когда отец отвез его в девять лет в Стратфорд-на-Эйвоне на просмотр шекспировского "Генриха IV", до того дня, как он закончил университет, он был убежден, что его будущее лежит в этом волшебном, вымышленном мире.
А еще был футбол.
Джим Грант после того, как он познакомился с Астон Виллой. Типичный мальчишка 60-х и не только в Англии: разбитые коленки, футбольный мяч, прямая челка.
У отца Дейва, друга Джима, была мастерская ковки, где он делал из металла разные красивые вещи, например, серебряные сервизы для лайнера Queen Mary и поддельные монеты, заказанные греческим правительством для туристов, которые они могли найти на Кноссе (если вы случайно на Крите найдете "старинную" монетку, знайте, чтовесь контрабандный товар изготавливается в Одессе на Малой Арнаутской улице старинных монет на Крите давно нет, а эти были изготовлены в мастерских Бирмингема).
Но главное богатство, которым обладал отец Дейва, были абонименты на игру West Bromwich Albion, которые он часто отдавал мальчишкам, когда ему приходилось работать внеурочно. Родители Джима презирали футбол и никогда не болели в пабе.
Дом Джима был приблизительно на полпути между Вест Бромвич Альбион и Астой Виллой. Некоторое время бесплатные абонементы склоняли его на сторону Вест Бромвича, но затем на одной из игр Виллы, Джим понял, что "пропасть стилей двух команд непреодолима". Игроки Виллы, по словам Джима" были "пиратами", полными самодовольства и хулиганства, которое роднило их с рок-н-роллерами. Джим распрощался с Дейвом и отправился в Вилла-парк. Игра, когда Вилла выиграла у Лестера со счетом 8:3 навсегда сделала Джима поклонником "ребят из Астон Виллы". Известно, что он использует имена игроков "Астон Вилла" в своих книгах. "Отчасти это избавляет меня от необходимости придумывать имена, а отчасти - это дань уважения. Единственный, кого я не использовал, - это Коуэнс, он был моим самым любимым игроком, и он слишком драгоценен для меня, чтобы я использовал его имя". - объясняет он.
В школьные годы Джим ходил на все домашние игры Виллы. Было не столь важно выигрывала команда или проигрывало, важно было только то, что "на пару часов мы были зажаты в толпе с людьми, большинство из которых я никогда раньше не встречал, и никогда больше не встречу, но если удавалось поймать общее настроение остроумия, насмешек, сарказма, то включался какой-то особый механизм единения, и я не мог представить себе лучшего места для жизни".
Еще одним направляющим моментом в жизни Джима были "Битлз". Даже сейчас, услышав песню Битлз She Loves You, Джим вспоминает себя восьмилетним мальчиком, когда он впервые услышал эту песню из автомобильного радиоприемника дождливым днем в Уэльсе и мечтал однажды получить звонок от своего агента, который бы сказал, что он - №1 в Америке.
Это случилось в 2008 году с книгой "Нечего терять (Nothing to Lose), 12-ой книгой о Джеке Ричере. "Это был прекрасный, позолоченный момент. Лучше этого не бывает, «особенно для мальчика из Бирмингема", - сказал Джим. Прожиа двадцать лет в Америке, у Джима до сих пор чувствуется акцент брумми: "Вы можете вывезти мальчика из Брума, но вы не можете вывести Брум из мальчика". - Смеется Джим.
Но путь к вершине начался гораздо раньше. В школе Джим был обычным мальчишкой, хотя сочетание сумасшедшей тяги к чтению и футбол были не слишком обычным явлением. В университете Джим тоже не был выдающимся студентом, но это и понятно, изучая право, Джим не собирался становиться юристом.
В 1977 году Джим устроился на Granada Television в Манчестере директором по презентации, он написал тысячи рекламных роликов и новостей, участвовал во многих популярных шоу, но в 1995 году его уволили с работы из-за "корпоративной реструктуризации". Оказавшись не у дел, Грант решил начать писать романы. Он был зол и работал яростно, как он сам говорит, у него было две музы - "страх и голод".
В начале декабря 1995 года в отеле Pheasant Inn в Кастертоне, графство Камбрия, Джим с женой и соседями взяли две бутылки красного вина и были полны решимости одолеть в викторине своих главных соперников - подлых учителей из колледжа Кастертон-Виллидж. Игра была в самом разгаре, когда раздался звонок стационарного телефона в пабе. - "Вызывают мистера Ли Чайлда".
Все переглянулись между собой, никто не знал никакого Ли Чайлда. Затем Джим встал и подошел к телефону. Это был его агент в Лондоне, который сказал, что они получили предложение из Нью-Йорка на издание Killing Floor и вторую книгу.
В 1997 году его первый роман Killing Floor был опубликован, и летом 1998 года он переехал в Соединенные Штаты (его жена Джейн - американка, с которой он познакомился, учась в университете).
Работу над каждой новой книгой Джим начинает 1 сентября, в день выхода его первой книги после потери работы.
Имя Ли Чайлд родилось, когда он и его жена завязали разговор в поезде с одним шумным техасцем, который хвастался своим новым автомобилем Renault 5, который тогда продавался в Штатах как Le Car. Мужчина неправильно произносил "Ле" как "Ли", и Джим с женой начали использовать это как личную шутку ("Передай Ли соль, дорогая"). Когда у них родилась дочь Рут, она, естественно, стала "Ли Чайлд", имя, которое ему так понравилось, что он взял его в качестве псевдонима для своего первого романа о Джоне Ричере "Этаж смерти" (The Killing Floor).
Остальное, как говорится, уже история. В 2008 году Джим был №1 по обе стороны Атлантики, в 2011 году - снова. В 2012 году Том Круз на своем вертолете доставил его на Олд Траффорд в Манчестере. В 2019 году он был объявлен автором года на British Book Awards, награжден CBE королевой Елизаветой II и приглашен судьей Букеровской премии 2020 года.
"Мои бирмингемские корни определили мою жизнь", - пишет Ли Чайлд в своей автобиографии. - "Это были годы моего становления, как с точки зрения повседневного опыта, так и с точки зрения повседневной жизни и во всеобъемлющем экзистенциальном смысле - рост определенного среднего класса, окруженного инфраструктурой и культурой, полностью созданными квалифицированным рабочим классом. В те ранние годы Бирмингем был удивительно процветающим. Фабрики работали, а рабочим хорошо платили. Я помню, как в начале 1960-х моя бабушка приехала из Йоркшира на Рождество и помогала маме с покупками. Она вернулась домой дрожа от волнения. Впервые в жизни она увидела обычного человека, держащего пятифунтовую купюру.
Я помню, как по окончании смены с заводов текли огромные потоки рабочих - люди пешком или на велосипедах направлялись домой. Я помню фирмы, которые делали сложные детали из труднопроизносимых сплавов. Я помню крохотные мастерские по два-три человека с токарными и сверлильными станками, установленными на неровном земляном полу, которые выпускали изумительные вещи.
Было ощущение, что все можно сделать в срок и в рамках бюджета. Так было в Бирмингеме. Я усвоил урок, наверное, в ущерб себе. Я постоянно перегружен, потому что, если я говорю "нет" чему-то, я вижу фантом брумми 60-летней давности, который, прищурив глаз, насмехается надо мной и думает: "Чертова примадонна".
Хизер Мартин - официальный биограф Ли Чайлда считает, что мировоззрение писателя формировали промышленные города - Ковентри, Бирмингем, Шеффилд, которые внушили ему отсутствие претенциозности и пристальное внимание к деталям. Хобби Ли Чайлда - тонкая обработка металла, он считает себя в этом деле мастером. Свои книги Ли Чайлд создает с такой же тщательностью, как делают часы или автомобили. В течении 24 лет без задержек и суеты Ли Чайлд пишет книги на заказ, выпускает продукт, к которому не предъявляет завышенных требований, восхищения и фанфар. Он просто хорошо делает свое дело, как официант в приличном ресторане или отец Дейва, штамповавший греческие монеты.
Еще одна особенность Бирмингема, которая выковала писателя Ли Чайлда и помогла ему реалистично описывать своего главного героя, Ричара, - криминогенность города, жесткие нравы индустриальной среды, в которой он вырос. В детстве Джим много дрался. Отличительные черты Ричера, такие как безмолвная мужественность, грубая сила и стремление к победе добра над злом, были свойственны людям, окружавшим его в детстве и в юности, эти черты свойственны и ему самому.
В своей автобиографии Ли Чайлд рассказал, как драка в переулке Бирмингема, когда ему было девять лет, вдохновила его на знаменитую сцену с Томом Крузом из фильма о Джеке Ричере.
Эта сцена была буквально списана с реальной драки в переулке в Хэндсворт-Вуд, когда Ли сражался с пятью школьными хулиганами.
"Я ударил лидера банды - я до сих пор помню его имя, его звали Дуглас - сбил его с ног, затем двое его друзей свалились на землю, а двое других убежали. Я запомнил, что драться всегда приходится с тремя, даже если их пять, двое обязательно убегут. Я поместил этот случай в книгу дословно. Это было в первой книге в сцене с Томом Крузом возле спорт-бара, когда он сражался с пятью парнями, и это было написано с натуры".
В свои 60 с хвостиков Ли Чайлд не разучился драться.
- На Нижнем Бродвее была поздняя ночь, и я шел домой", - рассказывает он корреспонденту. - Остановилось такси, и я увидел что за спиной крохотного индуистского таксиста сидел большой толстый пьяный студент, которого вот-вот могло вырвать. Водитель отчаянно пытался вытащить его из кабины, а мальчик из студенческого братства был жесток и оскорбителен по отношению к нему. Это было возмутительно, и я не мог не вмешаться. Я перешел улицу и вытащил парня с заднего сиденья. Он ударил меня по лицу, так что мне пришлось снести его в старом добром стиле брумми.
- Ударом головой? - Спросил корреспондент.
- Нет - Рассмеялся он. - Ступней и коленом.
ЛИ Чайлд со своим Орденом Британской Империи
Ли Чайлд продал 70 миллионов книг и превратил своего персонажа Джека Ричера в бренд на миллиард долларов. Хотя он шутит о том, что любит дешевую одежду (на британской премьере своего последнего фильма он надел костюм за 120 фунтов стерлингов), у него есть слабость к дорогим машинам.
"Мое самое сентиментальное приобретение - это Bentley 1977 года выпуска, который был зарегистрирован в том же месяце, когда я начал работать после колледжа. У меня много машин... Я трачу деньги на то, что мне нужно, и много отдаю. Вы встречаетесь с инвалидом, которому нужна электрическая инвалидная коляска, или с кем-то, чей дом вот-вот будет конфискован, и вы можете реально изменить ситуацию. Это то, что мне нравится больше всего. За относительно небольшую сумму денег по сравнению с тем, что я зарабатываю, я могу изменить чью-то жизнь. Очевидно, для меня дело уже не в деньгах. Это чисто эмоционально. Читатели хотят больше историй. Раньше я думал о том, как закончить истории о Ричере. Ричеру нужен благородный конец, например, он пожертвует собой ради кого-то другого. Но это бы неоправданно расстроило читателя. Я думаю, что он закончит более изощренным образом. Может быть, он просто уйдет в закат, навсегда погрузится в тишину.
Он намеревается написать следующие несколько книг вместе с братом (тоже писателем), прежде чем передать всю серию ему.
Ли Чайлд живет на Манхеттене, имеет собственность (и гражданство) в Великобритании и владеет ранчо (вместе с местом крушения самолета) в Вайоминге, штате настолько огромном, что он классифицируется как безлюдный. Он женат на одной и той же женщине 41 год, обожает свою дочь, которую считает талантливым лингвистом, любит проводить время с семьей, а еще он любит забить косячок.
В соцсетях появилась куча версий:
1. В Бирмингеме будут снимать очередной эпизод "Миссии" в пустующем сейчас здании магазина Джона Льюиса, где, якобы, построен кинематографический аэродром.
2. Станцию New Street Station используют для съемок крушения поезда.
3. Том любит лапшу, а поскольку ресторан Pho специализируется на лапше, то приехал со съемок из Бакингемшира, чтобы поесть лапши. Хозяйка заведения подтвердила, что Том Круз со своей командой обедал у нее, но никаких других деталей не сообщила, поскольку она "уважает его конфиденцеальность".
4. Круз - заядлый саентолог и приехал в саентологическую церковь Бирмингема, самую большую в Великобритании.
5. Том нанес тайный визит Ли Чайлду, который сейчас тоже находится в Бирмингеме.
Правда или нет в первых двух пунктах выяснится в мае следующего года, когда фильм выйдет на экраны, насчет остальных пунктов остается только гадать. Может быть у Круза совсем другие причины для приезда в Бирмингем, но Ли Чайлд - личность интересная, и я подумала, что п.5 вполне имеет право на существование и решила посвятить Ли Чайлду одну страничку в своем журнале.
Самый известный герой Ли Чайлда - отставной военный полицейский Джек Ричер. В фильме по одному из романов "Один выстрел" его сыграл Том Круз.
Настоящее имя Ли Чайлда - Джеймс Довер Грант. В детстве его звали Джимом. Отец Джима был ирландцем, родился и жил в Белфасте в том же самом доме, где позже родился певец Ван Моррисон. Семья Грантов относилась к низшей ступеньке среднего класса, как говорит сам Джим, "потрепанной, но незаметно заштопанной". В семье всегда была еда и новая обувь у детей к каждому учебному году, но у них не было денег. Мистер Грант был налоговым инспектором, который ездил на работу в автобусе и зарабатывал меньше, чем синие воротнички в автомобильной промышленности.
У Грантов было четверо сыновей, Джим родился в Ковентри в 1954 году. Война почти 10 лет как закончилась, но город еще только возрождался из руин. Каждую субботу после обеда мать сажала Джима в большую коляску, чтобы посмотреть, как строится новый собор Св. Михаила рядом со старым, полуразрушенным бомбежкой (о Ковентри и строительстве собора я писала тут).
Фото из моего архива
Когда Джиму было четыре года, семья переехала в Бирмингем и поселилась в Хэндсворт-Вуде, престижном пригороде. Родители были нацелены на то, чтобы дать детям хорошее образование. Сначала Джим учился в хэндсфорской Cherry Orchard Primary School (сейчас эта школа в табеле о рангах считается "хорошей", не престижной, но дает крепкие знания), позже он учился в одной из самых престижных школ Бирмингема, эджбастонской школе King Edward's School.
Несмотря на желание родителей дать своим мальчикам самое лучшее, Джим постоянно чувствовал себя подавленным. Родители были людьми холодными, а потери войны и послевоенная серость преследовали Джима повсюду. Его отец, офицер Королевской службы инженеров-электриков и механиков, был одним из первых, кто попал в нацистский лагерь в Берген-Бельзене, и, хотя он никогда не говорил об этом, ужас испытанного им проявлялся в самые неожиданные моменты и самым пугающим образом. Однажды, когда мальчики шутливо дрались на улице, он заметил: "Вы бы не стали этого делать, если бы знали, как пахнет смерть". Это было сказано таким голосом, что баловаться мальчишкам тут же расхотелось.
Его дед по отцовской линии, капрал Королевских дублинских фузилеров, страдал от постоянной боли из-за потери ноги в заливе Сувла. Его дедушка по материнской линии, жизнерадостный весельчак, выкуривавший по 100 сигарет в день, потерял работу военно-морского чертежника в результате Великой депрессии. С большим трудом он устроился на работу в школе, к которой не лежала его душа.
Джим говорит, что в то время его жизнь была окутана сплошной серостью, как туманом от ненавистного горохового супа. Играя во дворе в футбол, он только в 12 лет узнал, что Уимблдон проводится на изумрудно-зеленой траве, а не на твердом, сером асфальте.
В детстве Джим мечтал о побеге. Он влюбился в Манхэттен в возрасте четырех лет, когда нашел в местной библиотеке книжку с картинками, и страстно мечтал туда попасть. Истории о детях-сиротах, переживающих приключения в дикой природе, будоражили его ум.
"Самым большим подарком первые 14 лет моей жизни была возможность чтения. Мы использовали чикагскую систему получения дополнительных читательских билетов. В библиотеку были записаны все жидьцы нашего дома. Даже у нашей собаки был читательский билет. Я читал постоянно. Когда я начал писать, у меня в голове были десятки тысяч книг - плюс особое отношение брумми к работе: без суеты, без драмы, просто сделай это, и обязательно с небольшой тихой гордостью", - рассказывал Джим.
Еще одной отдушиной был театр. Сначала это были музыкальные феерии, которые устраивала директриса начальной школы, а затем, когда отец отвез его в девять лет в Стратфорд-на-Эйвоне на просмотр шекспировского "Генриха IV", до того дня, как он закончил университет, он был убежден, что его будущее лежит в этом волшебном, вымышленном мире.
А еще был футбол.
Джим Грант после того, как он познакомился с Астон Виллой. Типичный мальчишка 60-х и не только в Англии: разбитые коленки, футбольный мяч, прямая челка.
У отца Дейва, друга Джима, была мастерская ковки, где он делал из металла разные красивые вещи, например, серебряные сервизы для лайнера Queen Mary и поддельные монеты, заказанные греческим правительством для туристов, которые они могли найти на Кноссе (если вы случайно на Крите найдете "старинную" монетку, знайте, что
Но главное богатство, которым обладал отец Дейва, были абонименты на игру West Bromwich Albion, которые он часто отдавал мальчишкам, когда ему приходилось работать внеурочно. Родители Джима презирали футбол и никогда не болели в пабе.
Дом Джима был приблизительно на полпути между Вест Бромвич Альбион и Астой Виллой. Некоторое время бесплатные абонементы склоняли его на сторону Вест Бромвича, но затем на одной из игр Виллы, Джим понял, что "пропасть стилей двух команд непреодолима". Игроки Виллы, по словам Джима" были "пиратами", полными самодовольства и хулиганства, которое роднило их с рок-н-роллерами. Джим распрощался с Дейвом и отправился в Вилла-парк. Игра, когда Вилла выиграла у Лестера со счетом 8:3 навсегда сделала Джима поклонником "ребят из Астон Виллы". Известно, что он использует имена игроков "Астон Вилла" в своих книгах. "Отчасти это избавляет меня от необходимости придумывать имена, а отчасти - это дань уважения. Единственный, кого я не использовал, - это Коуэнс, он был моим самым любимым игроком, и он слишком драгоценен для меня, чтобы я использовал его имя". - объясняет он.
В школьные годы Джим ходил на все домашние игры Виллы. Было не столь важно выигрывала команда или проигрывало, важно было только то, что "на пару часов мы были зажаты в толпе с людьми, большинство из которых я никогда раньше не встречал, и никогда больше не встречу, но если удавалось поймать общее настроение остроумия, насмешек, сарказма, то включался какой-то особый механизм единения, и я не мог представить себе лучшего места для жизни".
Еще одним направляющим моментом в жизни Джима были "Битлз". Даже сейчас, услышав песню Битлз She Loves You, Джим вспоминает себя восьмилетним мальчиком, когда он впервые услышал эту песню из автомобильного радиоприемника дождливым днем в Уэльсе и мечтал однажды получить звонок от своего агента, который бы сказал, что он - №1 в Америке.
Это случилось в 2008 году с книгой "Нечего терять (Nothing to Lose), 12-ой книгой о Джеке Ричере. "Это был прекрасный, позолоченный момент. Лучше этого не бывает, «особенно для мальчика из Бирмингема", - сказал Джим. Прожиа двадцать лет в Америке, у Джима до сих пор чувствуется акцент брумми: "Вы можете вывезти мальчика из Брума, но вы не можете вывести Брум из мальчика". - Смеется Джим.
Но путь к вершине начался гораздо раньше. В школе Джим был обычным мальчишкой, хотя сочетание сумасшедшей тяги к чтению и футбол были не слишком обычным явлением. В университете Джим тоже не был выдающимся студентом, но это и понятно, изучая право, Джим не собирался становиться юристом.
В 1977 году Джим устроился на Granada Television в Манчестере директором по презентации, он написал тысячи рекламных роликов и новостей, участвовал во многих популярных шоу, но в 1995 году его уволили с работы из-за "корпоративной реструктуризации". Оказавшись не у дел, Грант решил начать писать романы. Он был зол и работал яростно, как он сам говорит, у него было две музы - "страх и голод".
В начале декабря 1995 года в отеле Pheasant Inn в Кастертоне, графство Камбрия, Джим с женой и соседями взяли две бутылки красного вина и были полны решимости одолеть в викторине своих главных соперников - подлых учителей из колледжа Кастертон-Виллидж. Игра была в самом разгаре, когда раздался звонок стационарного телефона в пабе. - "Вызывают мистера Ли Чайлда".
Все переглянулись между собой, никто не знал никакого Ли Чайлда. Затем Джим встал и подошел к телефону. Это был его агент в Лондоне, который сказал, что они получили предложение из Нью-Йорка на издание Killing Floor и вторую книгу.
В 1997 году его первый роман Killing Floor был опубликован, и летом 1998 года он переехал в Соединенные Штаты (его жена Джейн - американка, с которой он познакомился, учась в университете).
Работу над каждой новой книгой Джим начинает 1 сентября, в день выхода его первой книги после потери работы.
Имя Ли Чайлд родилось, когда он и его жена завязали разговор в поезде с одним шумным техасцем, который хвастался своим новым автомобилем Renault 5, который тогда продавался в Штатах как Le Car. Мужчина неправильно произносил "Ле" как "Ли", и Джим с женой начали использовать это как личную шутку ("Передай Ли соль, дорогая"). Когда у них родилась дочь Рут, она, естественно, стала "Ли Чайлд", имя, которое ему так понравилось, что он взял его в качестве псевдонима для своего первого романа о Джоне Ричере "Этаж смерти" (The Killing Floor).
Остальное, как говорится, уже история. В 2008 году Джим был №1 по обе стороны Атлантики, в 2011 году - снова. В 2012 году Том Круз на своем вертолете доставил его на Олд Траффорд в Манчестере. В 2019 году он был объявлен автором года на British Book Awards, награжден CBE королевой Елизаветой II и приглашен судьей Букеровской премии 2020 года.
"Мои бирмингемские корни определили мою жизнь", - пишет Ли Чайлд в своей автобиографии. - "Это были годы моего становления, как с точки зрения повседневного опыта, так и с точки зрения повседневной жизни и во всеобъемлющем экзистенциальном смысле - рост определенного среднего класса, окруженного инфраструктурой и культурой, полностью созданными квалифицированным рабочим классом. В те ранние годы Бирмингем был удивительно процветающим. Фабрики работали, а рабочим хорошо платили. Я помню, как в начале 1960-х моя бабушка приехала из Йоркшира на Рождество и помогала маме с покупками. Она вернулась домой дрожа от волнения. Впервые в жизни она увидела обычного человека, держащего пятифунтовую купюру.
Я помню, как по окончании смены с заводов текли огромные потоки рабочих - люди пешком или на велосипедах направлялись домой. Я помню фирмы, которые делали сложные детали из труднопроизносимых сплавов. Я помню крохотные мастерские по два-три человека с токарными и сверлильными станками, установленными на неровном земляном полу, которые выпускали изумительные вещи.
Было ощущение, что все можно сделать в срок и в рамках бюджета. Так было в Бирмингеме. Я усвоил урок, наверное, в ущерб себе. Я постоянно перегружен, потому что, если я говорю "нет" чему-то, я вижу фантом брумми 60-летней давности, который, прищурив глаз, насмехается надо мной и думает: "Чертова примадонна".
Хизер Мартин - официальный биограф Ли Чайлда считает, что мировоззрение писателя формировали промышленные города - Ковентри, Бирмингем, Шеффилд, которые внушили ему отсутствие претенциозности и пристальное внимание к деталям. Хобби Ли Чайлда - тонкая обработка металла, он считает себя в этом деле мастером. Свои книги Ли Чайлд создает с такой же тщательностью, как делают часы или автомобили. В течении 24 лет без задержек и суеты Ли Чайлд пишет книги на заказ, выпускает продукт, к которому не предъявляет завышенных требований, восхищения и фанфар. Он просто хорошо делает свое дело, как официант в приличном ресторане или отец Дейва, штамповавший греческие монеты.
Еще одна особенность Бирмингема, которая выковала писателя Ли Чайлда и помогла ему реалистично описывать своего главного героя, Ричара, - криминогенность города, жесткие нравы индустриальной среды, в которой он вырос. В детстве Джим много дрался. Отличительные черты Ричера, такие как безмолвная мужественность, грубая сила и стремление к победе добра над злом, были свойственны людям, окружавшим его в детстве и в юности, эти черты свойственны и ему самому.
В своей автобиографии Ли Чайлд рассказал, как драка в переулке Бирмингема, когда ему было девять лет, вдохновила его на знаменитую сцену с Томом Крузом из фильма о Джеке Ричере.
Эта сцена была буквально списана с реальной драки в переулке в Хэндсворт-Вуд, когда Ли сражался с пятью школьными хулиганами.
"Я ударил лидера банды - я до сих пор помню его имя, его звали Дуглас - сбил его с ног, затем двое его друзей свалились на землю, а двое других убежали. Я запомнил, что драться всегда приходится с тремя, даже если их пять, двое обязательно убегут. Я поместил этот случай в книгу дословно. Это было в первой книге в сцене с Томом Крузом возле спорт-бара, когда он сражался с пятью парнями, и это было написано с натуры".
В свои 60 с хвостиков Ли Чайлд не разучился драться.
- На Нижнем Бродвее была поздняя ночь, и я шел домой", - рассказывает он корреспонденту. - Остановилось такси, и я увидел что за спиной крохотного индуистского таксиста сидел большой толстый пьяный студент, которого вот-вот могло вырвать. Водитель отчаянно пытался вытащить его из кабины, а мальчик из студенческого братства был жесток и оскорбителен по отношению к нему. Это было возмутительно, и я не мог не вмешаться. Я перешел улицу и вытащил парня с заднего сиденья. Он ударил меня по лицу, так что мне пришлось снести его в старом добром стиле брумми.
- Ударом головой? - Спросил корреспондент.
- Нет - Рассмеялся он. - Ступней и коленом.
ЛИ Чайлд со своим Орденом Британской Империи
Ли Чайлд продал 70 миллионов книг и превратил своего персонажа Джека Ричера в бренд на миллиард долларов. Хотя он шутит о том, что любит дешевую одежду (на британской премьере своего последнего фильма он надел костюм за 120 фунтов стерлингов), у него есть слабость к дорогим машинам.
"Мое самое сентиментальное приобретение - это Bentley 1977 года выпуска, который был зарегистрирован в том же месяце, когда я начал работать после колледжа. У меня много машин... Я трачу деньги на то, что мне нужно, и много отдаю. Вы встречаетесь с инвалидом, которому нужна электрическая инвалидная коляска, или с кем-то, чей дом вот-вот будет конфискован, и вы можете реально изменить ситуацию. Это то, что мне нравится больше всего. За относительно небольшую сумму денег по сравнению с тем, что я зарабатываю, я могу изменить чью-то жизнь. Очевидно, для меня дело уже не в деньгах. Это чисто эмоционально. Читатели хотят больше историй. Раньше я думал о том, как закончить истории о Ричере. Ричеру нужен благородный конец, например, он пожертвует собой ради кого-то другого. Но это бы неоправданно расстроило читателя. Я думаю, что он закончит более изощренным образом. Может быть, он просто уйдет в закат, навсегда погрузится в тишину.
Он намеревается написать следующие несколько книг вместе с братом (тоже писателем), прежде чем передать всю серию ему.
Ли Чайлд живет на Манхеттене, имеет собственность (и гражданство) в Великобритании и владеет ранчо (вместе с местом крушения самолета) в Вайоминге, штате настолько огромном, что он классифицируется как безлюдный. Он женат на одной и той же женщине 41 год, обожает свою дочь, которую считает талантливым лингвистом, любит проводить время с семьей, а еще он любит забить косячок.