Сказка о Травке
Глава 2. Кое-что о цветении, увядании и цветочных балах
С каждым днем становилось теплее. Деревья покрылись листьями, защебетали птички. Преобразилась и клумба – кроме зеленого цвета, на ней появились красный, желтый и белый. Травке это очень нравилось. А однажды она увидела, что ее бабушка превратилась в красавицу.
– Бабушка, – ахнула она, – какая же ты красивая!
Бабушкину голову украшали небольшие розовые цветочки. Их было много. Они так приятно пахли! Травка увидела, что и другие обитатели дома тоже готовятся стать такими же красивыми – расцвести.
– А я? – обиженно закричала Травка.
– Ты тоже расцветешь, когда подрастешь, – ласково сказала бабушка.
– Ну вот, опять когда подрастешь, – горестно вздохнула Травка.
Все дни напролет Травка любовалась цветами. Конечно же, больше всего ей нравилось свое семейство. И она забыла об Одуванчике. Кроме того, по ночам ей некогда стало смотреть на Звездное Небо – на клумбе начались Весенние балы.
По ночам, когда все стихало, начинала звучать тихая мелодичная музыка. На большом белом камне (днем под ним отсыпалась старая ворчливая Мокрица) располагалось трио музыкантов: Кузнечик и два сверчка. Кузнечик, одетый в зеленый фрак, играл на скрипке, Сверчок Полевой во фраке черного цвета – на флейте, а Сверчок Домовой в щегольском костюме соломенного цвета с коричневыми полосками – на саксофоне. Все они играли превосходно. Но самым большим виртуозом слыл Сверчок. Он мог часами вести свое соло не обращая внимания на зрителей.
Травка даже не мечтала познакомиться с такими замечательными музыкантами. Но оказалось, что Кузнечик любит принимать солнечные ванны. По утрам, после ночного концерта, он ложился на бок, блаженно подставлял свое тело теплым лучам и время от времени переворачивался на другой бок. Разомлев на солнышке, маэстро становился благодушным и с удовольствием рассказывал Травке о музыке и музыкальных инструментах.
Иногда на концерты приглашали певцов. Любимцем публики был молодой Травяной Лягушонок, одетый в коричневый с крапинкой фрак и белую манишку. При его маленьком росте у него был сильный голос, и он мог петь на бис до утра.
Когда концерт заканчивался, все цветы встряхивались, распрямлялись и приводили себя в порядок. Начинались танцы. И тогда на клумбе все перемешивалось. Нарцисс танцевал с Тюльпаном, Гиацинт с Крокусом. Все приходило в движение. Казалось, невидимые волны проходят по клумбе. Головки цветов слегка покачивались в такт музыке.
Люди удивлялись: сажаешь цветы ровными рядами, и вдруг между нарциссов
появляется подснежник. А что же делать, если Подснежник подружился с Нарциссом
и не хочет больше с ним расставаться?
Травка с восторгом смотрела на танцующие цветы. Ей ужасно хотелось стать большой и красивой. И танцевать, танцевать... Вдруг она вспомнила о своем друге Одуванчике. Он стоял рядом с клумбой опустив голову и грустил.
– Одуванчик, – сказала Травка, – давай опять смотреть на Звездное Небо. Ворона говорит, что сейчас видно Венеру.
– А я думал, ты про меня забыла, – обрадовался Одуванчик.
– По правде сказать, когда я увидела бал, забыла обо всем не свете. Это так красиво!
– Ну конечно, куда мне до этих красавцев, – вздохнул Одуванчик.
– Ну что ты! Ты очень красивый и похож на солнышко!
И они закружилась в танце.
Прошло какое-то время и Травка начала замечать, что цветы вянут и осыпаются.
– Бабушка, – испугалась Травка, – что случилось с твоей замечательной прической? Почему все цветы завяли и осыпались?
– Мы цветем только раз в году, – сказала бабушка. – Целый год ждем этого момента, набираемся сил, расцветаем. Это для нас большое счастье, праздник. А потом цветы вянут, праздник заканчивается, и мы просто живем. Осенью засыхают и наши листья, и мы уходим в землю спать – до следующей весны. Следующей весной – снова пробуждение, новый праздник.
– А почему нельзя цвести круглый год? – спросила Травка.
– Какой же это будет праздник, если каждый день одно и то же?
Травка задумалась. Всего она не поняла, но ей стало спокойнее оттого, что увядание, как сказала бабушка, это не навсегда, а только до следующей весны.
С каждым днем становилось теплее. Деревья покрылись листьями, защебетали птички. Преобразилась и клумба – кроме зеленого цвета, на ней появились красный, желтый и белый. Травке это очень нравилось. А однажды она увидела, что ее бабушка превратилась в красавицу.
– Бабушка, – ахнула она, – какая же ты красивая!
Бабушкину голову украшали небольшие розовые цветочки. Их было много. Они так приятно пахли! Травка увидела, что и другие обитатели дома тоже готовятся стать такими же красивыми – расцвести.
– А я? – обиженно закричала Травка.
– Ты тоже расцветешь, когда подрастешь, – ласково сказала бабушка.
– Ну вот, опять когда подрастешь, – горестно вздохнула Травка.
Все дни напролет Травка любовалась цветами. Конечно же, больше всего ей нравилось свое семейство. И она забыла об Одуванчике. Кроме того, по ночам ей некогда стало смотреть на Звездное Небо – на клумбе начались Весенние балы.
По ночам, когда все стихало, начинала звучать тихая мелодичная музыка. На большом белом камне (днем под ним отсыпалась старая ворчливая Мокрица) располагалось трио музыкантов: Кузнечик и два сверчка. Кузнечик, одетый в зеленый фрак, играл на скрипке, Сверчок Полевой во фраке черного цвета – на флейте, а Сверчок Домовой в щегольском костюме соломенного цвета с коричневыми полосками – на саксофоне. Все они играли превосходно. Но самым большим виртуозом слыл Сверчок. Он мог часами вести свое соло не обращая внимания на зрителей.
Травка даже не мечтала познакомиться с такими замечательными музыкантами. Но оказалось, что Кузнечик любит принимать солнечные ванны. По утрам, после ночного концерта, он ложился на бок, блаженно подставлял свое тело теплым лучам и время от времени переворачивался на другой бок. Разомлев на солнышке, маэстро становился благодушным и с удовольствием рассказывал Травке о музыке и музыкальных инструментах.
Иногда на концерты приглашали певцов. Любимцем публики был молодой Травяной Лягушонок, одетый в коричневый с крапинкой фрак и белую манишку. При его маленьком росте у него был сильный голос, и он мог петь на бис до утра.
Когда концерт заканчивался, все цветы встряхивались, распрямлялись и приводили себя в порядок. Начинались танцы. И тогда на клумбе все перемешивалось. Нарцисс танцевал с Тюльпаном, Гиацинт с Крокусом. Все приходило в движение. Казалось, невидимые волны проходят по клумбе. Головки цветов слегка покачивались в такт музыке.
Люди удивлялись: сажаешь цветы ровными рядами, и вдруг между нарциссов
появляется подснежник. А что же делать, если Подснежник подружился с Нарциссом
и не хочет больше с ним расставаться?
Травка с восторгом смотрела на танцующие цветы. Ей ужасно хотелось стать большой и красивой. И танцевать, танцевать... Вдруг она вспомнила о своем друге Одуванчике. Он стоял рядом с клумбой опустив голову и грустил.
– Одуванчик, – сказала Травка, – давай опять смотреть на Звездное Небо. Ворона говорит, что сейчас видно Венеру.
– А я думал, ты про меня забыла, – обрадовался Одуванчик.
– По правде сказать, когда я увидела бал, забыла обо всем не свете. Это так красиво!
– Ну конечно, куда мне до этих красавцев, – вздохнул Одуванчик.
– Ну что ты! Ты очень красивый и похож на солнышко!
И они закружилась в танце.
Прошло какое-то время и Травка начала замечать, что цветы вянут и осыпаются.
– Бабушка, – испугалась Травка, – что случилось с твоей замечательной прической? Почему все цветы завяли и осыпались?
– Мы цветем только раз в году, – сказала бабушка. – Целый год ждем этого момента, набираемся сил, расцветаем. Это для нас большое счастье, праздник. А потом цветы вянут, праздник заканчивается, и мы просто живем. Осенью засыхают и наши листья, и мы уходим в землю спать – до следующей весны. Следующей весной – снова пробуждение, новый праздник.
– А почему нельзя цвести круглый год? – спросила Травка.
– Какой же это будет праздник, если каждый день одно и то же?
Травка задумалась. Всего она не поняла, но ей стало спокойнее оттого, что увядание, как сказала бабушка, это не навсегда, а только до следующей весны.