" Я не могу представить, чтобы кто-то в здравом уме оставил тебя ради Камиллы"
- писал в письме Диане принц Филипп. Сейчас этих двоих уже нет, но когда они оба были живы, их связывали особые отношения. Герцог Эдинбургский был единственным членом семьи, которому Диана доверяла.
Сейчас в СМИ ко дню рождению Дианы и открытию ее памятника появляется много воспоминаний и статей о ее гибели и последних днях жизни. Но мне не хочется ворошить эту тему, лучше я напишу об отношениях при жизни двух людей, которых уже нет в живых.
Диане было 19 лет, когда королевская семья и семейство графа Спенсера решили породниться, поженив своих детей. "Она одна из нас", — писала королева одному из своих близких друзей, — "я очарована всеми тремя девушками из семьи Спенсер". Нравилась Диана и принцу Филиппу: девушка была застенчива, но умела вести себя за столом, смеялась шуткам Филиппа и говорила то, что от нее ждали. Идеальная невеста для будущего короля. Диана с Чарльзом еще не успели даже обручиться, а Диана уже проводила уик-энды в замке Балморал, приезжала на каникулы в Сандрингем, путешествовала с Чарьзом на королевской яхте. Казалось, свадьба - дело решенное, ждали только, когда Чарльз сделает Диане официальное предложение, но Чарльз молчал. Положение становилось неудобным.
Поскольку в королевской семье роли были распределены так, что Елизавета правит королевством, а дома - глава семьи Филипп, именно Филипп взял дело в свои руки. Говорить с сыном напрямую, как принято у простых смертных, Филипп не стал, а поступил так, как было принято у аристократии - написал Чарльзу письмо.
Те, кто читал письмо, говорят, что в нем нет ультиматума, только советы. Филипп написал сыну, что он должен либо сделать Диане предложение, "чтобы угодить своей семье и стране", либо отпустить ее и "не позволять ей болтаться на ветру".
Это был разумный и правильный совет, Чарльз должен был сам принять решение, но тогда ему казалось, что его подталкивают к женитьбе и используют в своих целях. Чарльз считал, что ему поставили ультиматум, загнали в угол, и он обязан жениться на Диане.
При всей внешней грубоватости принца Филиппа, у него было большое сердце, застенчивая Диана будила в нем отцовские чувства, и инстинктивно он хотел ее защитить.
Но все пошло не так. Друзья Дианы обвиняли королеву и принца Филиппа в том, что их беспокоила популярность Дианы. Но свекра и свекровь Дианы беспокоило совсем другое. Как рассказывал принц Филипп Джайлзу Брандрету*, королевскому биографу и своему другу, их с королевой беспокоила не сама по себе популярность невестки, а то, что эта популярность вскружила ей голову. Для них не было неожиданностью, что юная, красивая невеста их сына окажется в центре внимания. Когда-то их самих считали персонажами сказки, но их отличие от Дианы было в том, что они не принимали это внимание на свой счет. Для королевы и принца Филиппа королевская власть никогда не была связана с истеричными толпами, количеством колонок в газете, они никогда не отождествляли себя со "знаменитостью" или "звездой". Это долг и работа и ничего личного.
"Ты этого не помнишь, но в первые годы правления королевы уровень лести - ты не поверишь, зашкаливал", - говорил герцог биографу. - "От этого могла произойти коррозия. Было легко поддаться искушению вести себя так, чтобы производить впечатление на людей. Но я принял сознательное решение не делать этого. Безопаснее не быть слишком популярным. Вы не сможете упасть слишком низко".
Как показала дальнейшая жизнь, Диана была мастером производить впечатление.
Когда стало понятно, что семейная жизнь принца Чарльза и принцессы Дианы не удалась, образовалось два лагеря, абсолютно по-разному трактующих причины разрушения брака наследника престола и Леди Ди.
Чарльз, согласно лагерю Дианы, был эгоистичным, легкомысленным, равнодушным и жестоким. Он завидовал ее популярности у публики и не пытался разделить ее интересы. Он не смог справиться с послеродовой депрессией жены и перепадами ее настроения, и вместо того, чтобы обратить внимание на ее крики о помощи - ее булимию, ее попытки резать вены - он искал утешения у своей любовницы Камиллы Паркер Боулз.
По словам друзей Чарльза Диана никогда не любила его, была влюблена не в человека, а в его статус и никогда даже не пыталась понять мужа. Диана была самоуверенной и эгоцентричной, говорили друзья Чарльза, и требовала от мужа разорвать отношения с теми друзьями, которые ей не нравились. Она была склонна к манипуляциям, сочиняла небылицы, лгала и заводила романы.
Поначалу королева и принц Филипп были "за" свою невестку и "против" сына с его старой любовницей. Диане приглашали лучших психологов. Принц Филипп, который прекрасно понимал, как тяжело может быть положение супруга монарха, писал невестке утешающие записки, ласково подписываясь под ними "папа". Елизавета, которая избегала сентиментальных разговоров, пыталась улаживать дела с журналистами. Однажды, когда Диану сфотографировали беременную в купальнике, королева незаметно собрала редакторов таблоидов в Букингемском дворце и призвала к их порядочности. Диане не было сказано ни слова упрека.
Королева и принц Филипп отчаянно надеялись спасти брак. Но Диана на их попытки не обращала внимания. Она не могла смириться с тем, что весь мир был у ее ног и только Чарльз предпочел ей "своего ротвейлера" (так Диана называла Камиллу), и начала мстить. Было все: манипулирование прессой, светские рауты без Чарльза, любовники. Королева и принц Филипп терпели.
В 1992 году Санди Таймс начала печатать отрывки из книги Эндрю Мортона "Диана: ее правдивая история", в которой принцесса изображалась как обиженная женщина, живущая с нелюбящим ее мужем, который психологически подавляет ее.
Принц Филипп прямо спросил у невестки, сотрудничала ли она с Эндрю Мортоном? На что Диана твердо ответила "нет", но позже выяснилось, что Диана лгала. Она лично не встречалась с Мортоном, а просто наговаривала на кассеты, которые потом доверенный человек передавал Мортону.
Королева и принц Филипп сели вместе с Чарльзом и Дианой в Виндзорском замке, чтобы выслушать их претензии друг к другу и поговорить о будущем. Чарльз почти все время молчал, Диана настаивала на "пробной разлуке". Королева и принц Филипп пытались уговорить Диану и Чарльза поискать компромисс ради мальчиков, ради Короны и страны и предложили встретиться снова на следующий день. Но на следующий день Диана не приехала.
"Я стараюсь держаться подальше от этих вещей, насколько это возможно*, - рассказывал Филипп биографу, - если только не могу внести что-то полезное".
И принц Филипп начал писать Диане письма.
Существование его очень личных писем к Диане не является государственной тайной, поэтому каждый, кому довелось их читать, трактует их так, как хочет. Многие считают, что Филипп писал их только для того, чтобы отругать невестку.
На самом деле, по мнению биографа, письма Филиппа к Диане были типичными для его переписки в целом. Они были сочувствующими, но не сентиментальными, прямыми, но с определенной целью.
В своих письмах Филипп просил Диану изучить собственное поведение и признать, что с обеих сторон были недостатки. Он напомнил ей, что, хотя с Чарльзом иногда бывает трудно, но и она не всегда ведет себя, как ангел.
Филипп осуждал продолжающиеся отношения своего сына с Камиллой, но он хотел, чтобы Диана хотя бы попыталась взглянуть на ситуацию с точки зрения Чарльза.
Филипп считал, что из-за ее послеродовой депрессии и иррационального поведения после рождения принца Уильяма с ней было нелегко жить. Ее постоянная подозрительность утомляла.
Короче говоря, Филипп рассказывал своей невестке семейные истины и предлагал ей задуматься о своем замужестве.
Получив очередное письмо, Диана копировала его и отправляла друзьям.
Подруга Дианы Роза Монктон, тогдашний управляющий директор Tiffany's в Лондоне, рассказывала, как они вместе с Дианой разбирали каждую строчку в письме герцога Эдинбургского. Диана то смеялась то плакала, часто она неверно истолковывала то, что хотел сказать ей Филипп.
"Мы так тщательно изучили каждое письмо, обдумывая то, что он сказал, обсуждали это, объясняли ей то, что он имел ввиду", - рассказывала другая подруга Дианы, Люсия Флеша де Лима, жена посла Бразилии. - "Мы помогли ей составить ответы. Она очень серьезно отнеслась к переписке. Это были хорошие письма. Он хороший человек".
"На самом деле, он был замечательным», - вторит ей Роза Монктон. - "Все, что он пытался сделать, это помочь. И Диана это знала". По воспоминаниям друзей, принц Филипп приложил гораздо больше усилий для сохранения брака сына и невестки, чем сам Чарльз.
Свои письма Диане Филипп подписывал "папа". Так же в своих письмах называла Филиппа Диана.
Но были и другие друзья, которые поддерживали в Диане уверенность, что именно принц Филипп - виновник ее несчастий, якобы, он поощрял связь Чарльза с Камиллой и даже мечтает ее убить. Бедная Диана с ее нестабильной психикой, ей было сложно разобраться, кто желает ей добра, а кто разжигает огонь ненависти в ее душе.
Филипп беспокоился о психическом состоянии Дианы, он говорил, что булимия - болезнь, и Диана не всегда отдает отчет в своих поступках.
Осенью 1995 года королева и принц Филипп были потрясены, когда Диана дала интервью Мартину Баширу для Panorama, в котором выразила свое мнение, что Чарльз никогда не станет королем, и заявила: "Я хотела бы быть королевой сердец людей". Она говорила о том, что отчаянно любила мужа, и пыталась спасти их брак, заработала психологические проблемы, но никто ей не помогал. Над ней даже издевались. Когда она приходила домой после тяжелого посещения раковых больных и шла к холодильнику, ей говорили, что она "опять напрасно тратит еду". Кто говорил Диана не уточняла. Она металась, резала перед Чарльзом вены, но все было напрасно... (вам это интервью кое-что не напоминает?)
Диана жаловалась, что после расставания с Чарльзом, ей стали вставлять палки в колеса: следить за ней, перехватывать письма, мешать совершать добрые дела. На вопрос, кто эти люди? ответ был очень прозрачным "люди из окружения моего мужа".
Журналист (от имени королевской семьи) поинтересовался: "Неужели мы не могли убрать ее по-тихому, а не устраивать целую кампанию против нее?" На что Диана ответила: "В том-то вся и проблема, что по-тихому она не уйдет. Я буду бороться до конца, потому что у меня есть обязанности". И прямым текстом назвала "окружение своего мужа" ее "врагом". Интервью было ужасным месивом из правды, полуправды и откровенной лжи. Даже принц Уильям, которому тогда было 13 лет, в первый раз отвернулся от своей матери и сказал, что "никогда не простит ей этого". В школе Уильяма дразнили, называли его мать "шлюхой" и "падшей женщиной", Уильям бросался в драку. После интервью, где Диана рассказывала о своих любовниках, Уильям крупно с ней поссорился. Диана была в ужасном состоянии (сейчас известно, что Башир обманом подтолкнул Диану к интервью, вызвав в ней ярость сфабрикованными выписками со счетов сотрудников, которые, якобы, за деньги рассказывают журналистам о ее личной жизни).
Чаша терпения королевы переполнилась, она сказала: "Довольно". Посоветовавшись с Филиппом, она написала Чарльзу и Диане, что теперь желателен развод. Принц Филипп тоже был опустошен. Больше ничем помочь Диане он не мог и уже не хотел.
Диана выдвигала неосуществимые требования для развода. Например, одним из ее требований было то, чтобы любые будущие дети, которые у нее могут родиться от другого мужа, должны иметь наследственные титулы.
Но принц Филипп был непреклонен. На требование Дианы он ответил угрозой, что королева понизит ее до герцогини Корнуольской.
В итоге Диана отказалась от своих притязаний и осталась принцессой Уэльской в обмен на единовременную выплату в размере 17 миллионов фунтов стерлингов и ежегодное пособие на персонал и офис в размере 400 000 фунтов стерлингов.
Больше писем Филипп Диане не писал. Последний раз он увидел ее уже в гробу на похоронах.
Художница Autumn Ying представила, что принцесса Диана осталась жива
__________________________________
*Джайлз Брандрет - телеведущий, писатель, бывший политик. Написал три книги о королевской семье: "Филипп и Елизавета: Портрет королевского брака", "Чарльз и Камилла: портрет любовного романа", "Филипп: финальный портрет"
Сейчас в СМИ ко дню рождению Дианы и открытию ее памятника появляется много воспоминаний и статей о ее гибели и последних днях жизни. Но мне не хочется ворошить эту тему, лучше я напишу об отношениях при жизни двух людей, которых уже нет в живых.
Диане было 19 лет, когда королевская семья и семейство графа Спенсера решили породниться, поженив своих детей. "Она одна из нас", — писала королева одному из своих близких друзей, — "я очарована всеми тремя девушками из семьи Спенсер". Нравилась Диана и принцу Филиппу: девушка была застенчива, но умела вести себя за столом, смеялась шуткам Филиппа и говорила то, что от нее ждали. Идеальная невеста для будущего короля. Диана с Чарльзом еще не успели даже обручиться, а Диана уже проводила уик-энды в замке Балморал, приезжала на каникулы в Сандрингем, путешествовала с Чарьзом на королевской яхте. Казалось, свадьба - дело решенное, ждали только, когда Чарльз сделает Диане официальное предложение, но Чарльз молчал. Положение становилось неудобным.
Поскольку в королевской семье роли были распределены так, что Елизавета правит королевством, а дома - глава семьи Филипп, именно Филипп взял дело в свои руки. Говорить с сыном напрямую, как принято у простых смертных, Филипп не стал, а поступил так, как было принято у аристократии - написал Чарльзу письмо.
Те, кто читал письмо, говорят, что в нем нет ультиматума, только советы. Филипп написал сыну, что он должен либо сделать Диане предложение, "чтобы угодить своей семье и стране", либо отпустить ее и "не позволять ей болтаться на ветру".
Это был разумный и правильный совет, Чарльз должен был сам принять решение, но тогда ему казалось, что его подталкивают к женитьбе и используют в своих целях. Чарльз считал, что ему поставили ультиматум, загнали в угол, и он обязан жениться на Диане.
При всей внешней грубоватости принца Филиппа, у него было большое сердце, застенчивая Диана будила в нем отцовские чувства, и инстинктивно он хотел ее защитить.
Но все пошло не так. Друзья Дианы обвиняли королеву и принца Филиппа в том, что их беспокоила популярность Дианы. Но свекра и свекровь Дианы беспокоило совсем другое. Как рассказывал принц Филипп Джайлзу Брандрету*, королевскому биографу и своему другу, их с королевой беспокоила не сама по себе популярность невестки, а то, что эта популярность вскружила ей голову. Для них не было неожиданностью, что юная, красивая невеста их сына окажется в центре внимания. Когда-то их самих считали персонажами сказки, но их отличие от Дианы было в том, что они не принимали это внимание на свой счет. Для королевы и принца Филиппа королевская власть никогда не была связана с истеричными толпами, количеством колонок в газете, они никогда не отождествляли себя со "знаменитостью" или "звездой". Это долг и работа и ничего личного.
"Ты этого не помнишь, но в первые годы правления королевы уровень лести - ты не поверишь, зашкаливал", - говорил герцог биографу. - "От этого могла произойти коррозия. Было легко поддаться искушению вести себя так, чтобы производить впечатление на людей. Но я принял сознательное решение не делать этого. Безопаснее не быть слишком популярным. Вы не сможете упасть слишком низко".
Как показала дальнейшая жизнь, Диана была мастером производить впечатление.
Когда стало понятно, что семейная жизнь принца Чарльза и принцессы Дианы не удалась, образовалось два лагеря, абсолютно по-разному трактующих причины разрушения брака наследника престола и Леди Ди.
Чарльз, согласно лагерю Дианы, был эгоистичным, легкомысленным, равнодушным и жестоким. Он завидовал ее популярности у публики и не пытался разделить ее интересы. Он не смог справиться с послеродовой депрессией жены и перепадами ее настроения, и вместо того, чтобы обратить внимание на ее крики о помощи - ее булимию, ее попытки резать вены - он искал утешения у своей любовницы Камиллы Паркер Боулз.
По словам друзей Чарльза Диана никогда не любила его, была влюблена не в человека, а в его статус и никогда даже не пыталась понять мужа. Диана была самоуверенной и эгоцентричной, говорили друзья Чарльза, и требовала от мужа разорвать отношения с теми друзьями, которые ей не нравились. Она была склонна к манипуляциям, сочиняла небылицы, лгала и заводила романы.
Поначалу королева и принц Филипп были "за" свою невестку и "против" сына с его старой любовницей. Диане приглашали лучших психологов. Принц Филипп, который прекрасно понимал, как тяжело может быть положение супруга монарха, писал невестке утешающие записки, ласково подписываясь под ними "папа". Елизавета, которая избегала сентиментальных разговоров, пыталась улаживать дела с журналистами. Однажды, когда Диану сфотографировали беременную в купальнике, королева незаметно собрала редакторов таблоидов в Букингемском дворце и призвала к их порядочности. Диане не было сказано ни слова упрека.
Королева и принц Филипп отчаянно надеялись спасти брак. Но Диана на их попытки не обращала внимания. Она не могла смириться с тем, что весь мир был у ее ног и только Чарльз предпочел ей "своего ротвейлера" (так Диана называла Камиллу), и начала мстить. Было все: манипулирование прессой, светские рауты без Чарльза, любовники. Королева и принц Филипп терпели.
В 1992 году Санди Таймс начала печатать отрывки из книги Эндрю Мортона "Диана: ее правдивая история", в которой принцесса изображалась как обиженная женщина, живущая с нелюбящим ее мужем, который психологически подавляет ее.
Принц Филипп прямо спросил у невестки, сотрудничала ли она с Эндрю Мортоном? На что Диана твердо ответила "нет", но позже выяснилось, что Диана лгала. Она лично не встречалась с Мортоном, а просто наговаривала на кассеты, которые потом доверенный человек передавал Мортону.
Королева и принц Филипп сели вместе с Чарльзом и Дианой в Виндзорском замке, чтобы выслушать их претензии друг к другу и поговорить о будущем. Чарльз почти все время молчал, Диана настаивала на "пробной разлуке". Королева и принц Филипп пытались уговорить Диану и Чарльза поискать компромисс ради мальчиков, ради Короны и страны и предложили встретиться снова на следующий день. Но на следующий день Диана не приехала.
"Я стараюсь держаться подальше от этих вещей, насколько это возможно*, - рассказывал Филипп биографу, - если только не могу внести что-то полезное".
И принц Филипп начал писать Диане письма.
Существование его очень личных писем к Диане не является государственной тайной, поэтому каждый, кому довелось их читать, трактует их так, как хочет. Многие считают, что Филипп писал их только для того, чтобы отругать невестку.
На самом деле, по мнению биографа, письма Филиппа к Диане были типичными для его переписки в целом. Они были сочувствующими, но не сентиментальными, прямыми, но с определенной целью.
В своих письмах Филипп просил Диану изучить собственное поведение и признать, что с обеих сторон были недостатки. Он напомнил ей, что, хотя с Чарльзом иногда бывает трудно, но и она не всегда ведет себя, как ангел.
Филипп осуждал продолжающиеся отношения своего сына с Камиллой, но он хотел, чтобы Диана хотя бы попыталась взглянуть на ситуацию с точки зрения Чарльза.
Филипп считал, что из-за ее послеродовой депрессии и иррационального поведения после рождения принца Уильяма с ней было нелегко жить. Ее постоянная подозрительность утомляла.
Короче говоря, Филипп рассказывал своей невестке семейные истины и предлагал ей задуматься о своем замужестве.
Получив очередное письмо, Диана копировала его и отправляла друзьям.
Подруга Дианы Роза Монктон, тогдашний управляющий директор Tiffany's в Лондоне, рассказывала, как они вместе с Дианой разбирали каждую строчку в письме герцога Эдинбургского. Диана то смеялась то плакала, часто она неверно истолковывала то, что хотел сказать ей Филипп.
"Мы так тщательно изучили каждое письмо, обдумывая то, что он сказал, обсуждали это, объясняли ей то, что он имел ввиду", - рассказывала другая подруга Дианы, Люсия Флеша де Лима, жена посла Бразилии. - "Мы помогли ей составить ответы. Она очень серьезно отнеслась к переписке. Это были хорошие письма. Он хороший человек".
"На самом деле, он был замечательным», - вторит ей Роза Монктон. - "Все, что он пытался сделать, это помочь. И Диана это знала". По воспоминаниям друзей, принц Филипп приложил гораздо больше усилий для сохранения брака сына и невестки, чем сам Чарльз.
Свои письма Диане Филипп подписывал "папа". Так же в своих письмах называла Филиппа Диана.
Но были и другие друзья, которые поддерживали в Диане уверенность, что именно принц Филипп - виновник ее несчастий, якобы, он поощрял связь Чарльза с Камиллой и даже мечтает ее убить. Бедная Диана с ее нестабильной психикой, ей было сложно разобраться, кто желает ей добра, а кто разжигает огонь ненависти в ее душе.
Филипп беспокоился о психическом состоянии Дианы, он говорил, что булимия - болезнь, и Диана не всегда отдает отчет в своих поступках.
Осенью 1995 года королева и принц Филипп были потрясены, когда Диана дала интервью Мартину Баширу для Panorama, в котором выразила свое мнение, что Чарльз никогда не станет королем, и заявила: "Я хотела бы быть королевой сердец людей". Она говорила о том, что отчаянно любила мужа, и пыталась спасти их брак, заработала психологические проблемы, но никто ей не помогал. Над ней даже издевались. Когда она приходила домой после тяжелого посещения раковых больных и шла к холодильнику, ей говорили, что она "опять напрасно тратит еду". Кто говорил Диана не уточняла. Она металась, резала перед Чарльзом вены, но все было напрасно... (вам это интервью кое-что не напоминает?)
Диана жаловалась, что после расставания с Чарльзом, ей стали вставлять палки в колеса: следить за ней, перехватывать письма, мешать совершать добрые дела. На вопрос, кто эти люди? ответ был очень прозрачным "люди из окружения моего мужа".
Журналист (от имени королевской семьи) поинтересовался: "Неужели мы не могли убрать ее по-тихому, а не устраивать целую кампанию против нее?" На что Диана ответила: "В том-то вся и проблема, что по-тихому она не уйдет. Я буду бороться до конца, потому что у меня есть обязанности". И прямым текстом назвала "окружение своего мужа" ее "врагом". Интервью было ужасным месивом из правды, полуправды и откровенной лжи. Даже принц Уильям, которому тогда было 13 лет, в первый раз отвернулся от своей матери и сказал, что "никогда не простит ей этого". В школе Уильяма дразнили, называли его мать "шлюхой" и "падшей женщиной", Уильям бросался в драку. После интервью, где Диана рассказывала о своих любовниках, Уильям крупно с ней поссорился. Диана была в ужасном состоянии (сейчас известно, что Башир обманом подтолкнул Диану к интервью, вызвав в ней ярость сфабрикованными выписками со счетов сотрудников, которые, якобы, за деньги рассказывают журналистам о ее личной жизни).
Чаша терпения королевы переполнилась, она сказала: "Довольно". Посоветовавшись с Филиппом, она написала Чарльзу и Диане, что теперь желателен развод. Принц Филипп тоже был опустошен. Больше ничем помочь Диане он не мог и уже не хотел.
Диана выдвигала неосуществимые требования для развода. Например, одним из ее требований было то, чтобы любые будущие дети, которые у нее могут родиться от другого мужа, должны иметь наследственные титулы.
Но принц Филипп был непреклонен. На требование Дианы он ответил угрозой, что королева понизит ее до герцогини Корнуольской.
В итоге Диана отказалась от своих притязаний и осталась принцессой Уэльской в обмен на единовременную выплату в размере 17 миллионов фунтов стерлингов и ежегодное пособие на персонал и офис в размере 400 000 фунтов стерлингов.
Больше писем Филипп Диане не писал. Последний раз он увидел ее уже в гробу на похоронах.
Художница Autumn Ying представила, что принцесса Диана осталась жива
__________________________________
*Джайлз Брандрет - телеведущий, писатель, бывший политик. Написал три книги о королевской семье: "Филипп и Елизавета: Портрет королевского брака", "Чарльз и Камилла: портрет любовного романа", "Филипп: финальный портрет"