Сестры Макдональд. Часть 1
Сестры Макдональд (не путать с сестрами Макдональд Макинтош, о которых я расскажу в следующий раз) происходили из семьи, которая не входила даже в средний класс. У сестер было мало шансов подняться по социальной лестнице, но они стали женами и матерями одних из самых известных людей Британской империи. "Они были водоворотами, вокруг которых кружилась семейная жизнь", - пишет о сестрах в своей книге Circle of Sisters (Круг сестер) Джудит Фландерс
"Зеленое лето" Эдвард Бёрн-Джонс. Сестры Луиза и Агнес Макдональд, Джейн Моррис и их подруги слушают, как Джорджиана Макдональд читает вслух в саду в Красном доме.
В семье Макдональдов было 11 детей: семь дочерей и четыре сына. Старшая, Мария, умерла в двухлетнем возрасте. Кэролайн умерла подростком. Из оставшихся пятерых сестер четверо вышли замуж, а самая последняя, Эдит, никогда не была замужем, и оставалась с отцом и матерью до самой их смерти. Кто-то из детей должен был "дохаживать" родителей. В этой семье такая участь выпала Эдит.
Родителями сестер были Джордж Макдональд, который родился в Стокпорте (Большой Манчестер), и Ханна Джонс, которая родилась в Манчестере. Отец Джорджа был методистским священником, Джордж пошел по его стопам и тоже стал священником.
Джордж и Ханна были строгими родителями и глубоко верующими людьми, но в воспитании детей они не применяли запретные меры. Джордж был человеком нематериалистическим и страстно любил книги. Он регулярно покупал книги во время путешествий, хотя лишних денег в семье никогда не было. Эти книги были легко доступны для детей, что было необычно для того времени, и детское чтение не подвергалось цензуре. Дети читали не только религиозные книги, но и рассказы о Робин Гуде, сказки братьев Гримм, "Путешествия пилигрима". Первые годы детей учила дома мама, позже дети посещали школы.
Ханна была очень нежной и ласковой мамой. Она учила девочек чтению, основам арифметики, давала немного французского и итальянского языков, а также обычные навыки поэзии, музыки, рукоделия и рисования.
Джордж и Ханна Макдональд
Как методистский священник, Джордж часто был вынужден менять место работы, об этом свидетельствуют места рождения его детей. Генри, известный как Гарри, и Элис родились в Шеффилде, Кэролайн и Джорджиана - в Бирмингеме, Фред и Агнес - в Лидсе, Луиза - в Уэйкфилде, а Эдит - в Хаддерсфилде.
В 1850 году семья вернулась в Бирмингем, где 14-летний Гарри начал ходить в школу короля Эдуарда VI. Здесь он подружился с одноклассником Эдвардом Джонсом (Бёрн к своей фамилии он добавил позже, чтобы его не путали с другими Джонсами), или, как его все называли, Нед, которого сестры Макдональд боготворили. Нед был одним из друзей Гарри, который позже входил в так называемый Birmingham Set (Birmingham Set - группа студентов Оксфордского университета в 1850-х годах, большинство из которых были из Бирмингема или учились в школе короля Эдварда).
Мать Неда, Элизабет Коли Джонс, умерла через шесть дней после его рождения, поэтому его воспитывали отец и домоправительница, и у него не было братьев и сестер.
Эдвард Бёрн-Джонс
В 1853 году Джорджа Макдональда в очередной раз перевели на новое место работы. На сей раз Джордж начал служить в часовне на Слоун-сквер на юге Лондона. Здесь Макдональды подружились с другой семьей из Мидендса. Глава семьи Джордж П. Болдуин, был основателем и владельцем чугунолитейного завода в Вустершире, а его жена Сара была дочерью президента методистской конференции 1815 года (Генеральная конференция в методистской церкви - единственный орган, который может устанавливать официальную политику).
Друг Гарри, Нед, учился в Оксфорде, где изучал богословие, но в 1855 году, не доучившись, он решил заняться искусством вместе со своим сокурсником Уильямом Моррисом и вступил в Братство прерафаэлитов.
Нед снял квартиру напротив методистской капеллы, где служил Джордж Макдональд, отец его друга. Он был очень рад, что его давний друг и его семья были рядом.
Одна из дочерей Макдональдов, Джорджиана, поступила в Государственную школу дизайна в Южном Кенсингтоне, чтобы изучать рисунок и иллюстрацию (школа располагалась в здании Виктории и Альберта, которое превратилось в Королевскую школу искусств, а затем в Королевскую школу искусств и Колледж искусств). Она мечтала стать гравером по дереву.
Одна из сохранившихся работ Джорджианы
Нед часто встречал Джорджиану по дороге домой, дарил ей цветы, и они гуляли. Очень быстро между Недом и Джорджианой начались романтические отношения. Они были красивой парой: маленькая, изящная, нежная Джорджиана и высокий, статный Нед.
Джорджиана
Кумир Джорджианы увлекся ею не на шутку, и в 1856 году молодые люди обручились. Эдварду было 22 года, а Джорджиане (которую все звали Джорджи) - всего 15 лет.
Благодаря помолвке с Эдвардом, Джорджиана смогла посещать студию, где ее жених работал вместе с Моррисом и Россетти. Джорджиана их боготворила и носила им карандаши и кисточки.
Джорджиана и Эдвард поженились в Манчестере в 1860 году. Джорджиане было 19 лет, а Эдварду 27.
Портрет Джорджианы, выполненный Габриэлем Россетти в 1860 году.
Нед не был профессиональным художником, но он был очень талантлив и изобретателен. В ранних работах он часто женские фигуры рисовал с жены или ее сестер.
У Джорджи была задумчивая, почти меланхолическая красота, которую Нед рисовал в нежной, воздушной манере, которая влияла на большую часть его работ.
Когда Нед познакомил жену со своим кумиром, Джоном Раскином (писатель, художник, теоретик искусства), тот был в восторге от Джорджи и назвал ее "маленькой деревенской фиалкой с голубыми глазами и длинными ресницами".
Первая попытка Бёрн-Джонса в портретной живописи. На портрете Джорджиане 22 года. Картина находится в Бирмингемском музее и при жизни художника ни разу не выставлялась.
Первые годы брака Бёрн-Джонса и Джорджианы были идиллическими, несмотря на то, что после свадьбы у них было 30 фунтов стерлингов и стол с гравировальными инструментами Джорджи. Зато они провели лето с Уильямом и Джейн Моррис в Red House, работая вместе над проектами. В фирме Морриса Джорджиана занималась росписью плитки.
Их первый ребенок, Филипп, родился в октябре 1861 года. Несмотря на то, что Джорджина была счастлива рождением ребенка, и роды были легкими, она оказалась неподготовленной к его рождению.
"Изменения в нашей жизни, произошедшие из-за присутствия ребенка, были очень велики, потому что я привыкла много времени проводить с Эдвардом - читала ему вслух, пока он работал, и во многих отношениях разделял жизнь студии - и я чувствовала себя изгнанницей, слыша через закрытые двери хорошо знакомые голоса друзей и смех Эдварда, в то время как я сидела со своим маленьким сыном на коленях и проливала на него эгоистичные слезы как на "сепаратора с друзьями" и "терминатора удовольствий", - писала позже в своих воспоминаниях Джорджиана.
Летом 1864 года маленький Фил заболел скарлатиной, и Джорджиана вскоре тоже заболела этой ужасной болезнью, которая привела к преждевременным родам ее второго ребенка и его смерти. Выздоровев, Джорджи не могла больше находиться в доме, где произошла трагедия, и семья переехала в другой дом, где в 1866 году родилась их дочь Маргарет. Семья материально стала жить лучше, у них появилась служанка и повар, и Джордиане стало проще вести хозяйство.
Некоторое время спустя Джорджиана пыталась научиться гравировать, но ни одна из ее работ не была опубликована, и она полностью посвятила себя детям и мужу.
Но увы, жизнь с человеком искусства - тяжелая ноша. Художнику нужно вдохновение, свобода и... новая муза. Так случилось и с Эдвардом Бёрн-Джонсом.
В 1866 году греческая наследница Евфросиния Кассаветти, известная в своей семье как "герцогиня", заказала Бёрн-Джонсу картину "Амур и Психея" с изображением своей дочери Марии Замбако.
Мария была пылкой красавицей и ее поведение резко отличалось от поведения викторианских, английских женщин. У Бёрн-Джонса и Марии завязался страстный роман. Роман продолжался до 1869 года. Джорджиана ничего не знала о романе мужа, а может быть не хотела знать, поскольку она знала, что Мария посещает студию ее мужа, чтобы ему позировать.
"Амур и Психея" Бёрн-Джонса. Психея - Марии Замбако. Амура художник рисовал со своей дочери.
В июне 1868 года Джорджиана нашла письмо от Марии в кармане своего мужа во время стирки. Ей стало ясно ясно, что они любовники, но Нед отчаянно делал вид, что ничего не происходит. Джорджиана уехала к матери на несколько недель, надеясь, что муж примет какое-то решение, но Нед не хотел уходить от Джорджи, но и не хотел оставлять свою любовницу.
Мария хотела, чтобы Бёрн-Джонс сбежал с ней, чтобы жить на греческом острове, и когда он отказался, она угрожала выпить яд. Когда это не помогло, Мария попыталась покончить жизнь самоубийством, бросившись с моста в Риджентс-канал. Когда Бёрн-Джонс пытался удержать истеричную любовницу, прибыла полиция, и задержала его.
Бёрн-Джонс уехал в Италию, а когда вернулся, засел дома, а Джорджиана отбивалась от всех посетителей, чтобы они не нарушали его покой. В конце концов Джорджиана устала, забрала детей и поселилась в Оксфорде, сказав Бёрн-Джонсу, что они уезжают на месяц, и она подведет итоги своей жизни. Она решила, что если Нед готов попробовать еще раз, то и она тоже готова. В письме подруге она написала: "Я знаю одно: между мной и Эдвардом достаточно любви, чтобы продержаться вместе долгую жизнь, если она нам будет дана".
Джорджиана. Рисунок Эдварда Бёрн-Джонса
В эти трудные годы Джорджиана подружилась с Уильямом Моррисом, чья собственная жена Джейн влюбилась в Россетти. Моррис и Джорджи, по-видимому, были влюблены друг в друга, но Джорджиана не бросила своего мужа ради него. Как бы то ни было, Бёрн-Джонсы оставались вместе еще тридцать лет, а Моррисы остались женаты. Но Джорджиана и Уильям Моррис были близки всю оставшуюся жизнь. Бёрн-Джонс с нежностью наблюдал за дружбой своего хорошего друга и его жены, как ни странно, не замечая их нежного отношения друг к другу.
В 1880 году семья Бёрн-Джонсов купила дом в Роттингдине, недалеко от Брайтона, в Сассексе. Это открыло новую главу в их жизни, позволившую им оставить позади беды и волнения Лондона. Позже пара приобрела коттедж по соседству, объединив все владения, чтобы создать "Норт-Энд Хаус" и построить студию для Неда.
Джорджиане понравился ее новый загородный дом и сад, и она стала активно заниматься деревенскими делами. Роттингдин стал ее любимым домом. Но состояние муж постоянно требовало ее внимания. Он впал в депрессию после того, как в 1882 году умер его друг Данте Габриэль Россетти. Кроме того, дружба Неда с Моррисом пошла на убыль из-за их противоположных взглядов на социализм.
В 1893 году Бёрн-Джонс принял титул баронета. Сделал он это для своего сына, считая, что титул поможет ему в жизни. Большинство друзей из социалистических кругов, включая Морриса, были потрясены. Джорджиана теперь стала Леди Бёрн-Джонс. Кроме того, Нед, официально сменил свою фамилию Джонс на Бёрн-Джонс, которой он пользовался уже десяток лет.
Портрет Леди Бёрн-Джонс кисти Эдварда Пойнтера (зятя Джорджианы)
Когда дети выросли, Джорджиана стала заниматься общественными делами. Одним из ее проектов была "Галерея изящных искусств Южного Лондона" в Камбервелле. Его целью было привнести художественное образование в рабочий класс. Джорджиана организовала прокат картин от своего мужа, а друзья помогли завершить проект, добавив библиотеку и школу искусств и ремесел.
Сельская жизнь очень нравилась Джорджиане. В 1894 году она баллотировалась в качестве независимого представителя приходского совета Роттингдина и была избрана в 1895 году к большому удовольствию Уильяма Морриса и Неда, которые гордились ею.
Повседневная работа леди Бёрн-Джонс в приходе была сосредоточена на практических вопросах, таких как уличное освещение, набор деревенских медсестер и пожарной бригады для общины. Джорджиана была единственной женщиной-членом совета и работала в совете Роттингдина до 1901 года.
В 1896 году от болезни умер Уильям Моррис. Эта новость опустошила Неда. Джорджиана тоже была бы убита горем, но она осталась стойкой и утешала Мэй и Дженни, дочерей Уильяма.
Нед тоже заболел. Утешением для него была его дочь Маргарет и внуки Анджела и Дени, которых он очень любил. В июне 1898 года Нед умер на руках Джорджианы.
Слева - Бёрн-Джонс с внучкой Анжелой, справа - портрет внука Дениса работы Бёрн-Джонса.
Примерно за месяц до смерти мужа Джорджиана показала ему отрывок, который она писала для романа. Неду отрывок очень понравился, и он посоветовал писать дальше, а еще он попросил жену написать о нем мемуары. Вполне возможно, что он боялся откровений, которые могут нанести ущерб его репутации и будущему его семьи.
Джорджиана приступила к работе еще до смерти Неда, с удовольствием предаваясь воспоминаниям о ранних годах творчества мужа. Она смирилась со смертью Неда и продолжила писать воспоминания. Это был проект, который будет опубликован шесть лет спустя.
Теперь сама по себе Джорджиана была занята больше, чем когда-либо, наряду с писательством она сохраняла политическую активность и продвигала дела, в которые она верила, включая протест против англо-бурской войны.
В 1904 году были опубликованы два тома "Мемориалов" Джорджианы Бёрн-Джонс, которые до сих пор остаются ценным справочным материалом. Тему скандалов в личной жизни своего мужа Джорджиана Джорджиана не описывала, она осталась верна памяти мужа, уважая его желание.
Джорджиана умерла в возрасте 80 лет в 1920 году. Ее спокойствие и уравновешенный характер позволили Бёрн-Джонсу работать, а принятие его причуд, фантазий и неверности, оставаясь рядом с ним, позволило ему добиться успеха. Джорджиана была идеальной женой художника.
Их сын Филипп стал художником-портретистом. Дочь Маргарет вышла замуж за Джона Уильяма Маккейла (академик Оксфордского университета, реформатор британской системы образования). Внуки Анджела Тиркелл и Денис Маккейл стали писателями.
Джорджиана Бёрн-Джонс и дети кисти Эдварда Бёрн-Джонса (художник рисовал этот портрет в течение многих лет, но он так и остался незаконченным).
Муж Джорджианы, Эдвард Бёрн-Джонс, менее известен, как художник Габриэль Россетти или дизайнер Уильям Моррис, но он был непревзойденным мастером витража. Когда художник умер, поминальная служба проходила в Вестминстерском аббатстве, это был первый раз когда художник удостоился такой чести.
Один из витражей Бёрн-Джонса в соборе Св. Филиппа в Бирмингеме
Продолжение следует...
"Зеленое лето" Эдвард Бёрн-Джонс. Сестры Луиза и Агнес Макдональд, Джейн Моррис и их подруги слушают, как Джорджиана Макдональд читает вслух в саду в Красном доме.
В семье Макдональдов было 11 детей: семь дочерей и четыре сына. Старшая, Мария, умерла в двухлетнем возрасте. Кэролайн умерла подростком. Из оставшихся пятерых сестер четверо вышли замуж, а самая последняя, Эдит, никогда не была замужем, и оставалась с отцом и матерью до самой их смерти. Кто-то из детей должен был "дохаживать" родителей. В этой семье такая участь выпала Эдит.
Родителями сестер были Джордж Макдональд, который родился в Стокпорте (Большой Манчестер), и Ханна Джонс, которая родилась в Манчестере. Отец Джорджа был методистским священником, Джордж пошел по его стопам и тоже стал священником.
Джордж и Ханна были строгими родителями и глубоко верующими людьми, но в воспитании детей они не применяли запретные меры. Джордж был человеком нематериалистическим и страстно любил книги. Он регулярно покупал книги во время путешествий, хотя лишних денег в семье никогда не было. Эти книги были легко доступны для детей, что было необычно для того времени, и детское чтение не подвергалось цензуре. Дети читали не только религиозные книги, но и рассказы о Робин Гуде, сказки братьев Гримм, "Путешествия пилигрима". Первые годы детей учила дома мама, позже дети посещали школы.
Ханна была очень нежной и ласковой мамой. Она учила девочек чтению, основам арифметики, давала немного французского и итальянского языков, а также обычные навыки поэзии, музыки, рукоделия и рисования.
Джордж и Ханна Макдональд
Как методистский священник, Джордж часто был вынужден менять место работы, об этом свидетельствуют места рождения его детей. Генри, известный как Гарри, и Элис родились в Шеффилде, Кэролайн и Джорджиана - в Бирмингеме, Фред и Агнес - в Лидсе, Луиза - в Уэйкфилде, а Эдит - в Хаддерсфилде.
В 1850 году семья вернулась в Бирмингем, где 14-летний Гарри начал ходить в школу короля Эдуарда VI. Здесь он подружился с одноклассником Эдвардом Джонсом (Бёрн к своей фамилии он добавил позже, чтобы его не путали с другими Джонсами), или, как его все называли, Нед, которого сестры Макдональд боготворили. Нед был одним из друзей Гарри, который позже входил в так называемый Birmingham Set (Birmingham Set - группа студентов Оксфордского университета в 1850-х годах, большинство из которых были из Бирмингема или учились в школе короля Эдварда).
Мать Неда, Элизабет Коли Джонс, умерла через шесть дней после его рождения, поэтому его воспитывали отец и домоправительница, и у него не было братьев и сестер.
Эдвард Бёрн-Джонс
В 1853 году Джорджа Макдональда в очередной раз перевели на новое место работы. На сей раз Джордж начал служить в часовне на Слоун-сквер на юге Лондона. Здесь Макдональды подружились с другой семьей из Мидендса. Глава семьи Джордж П. Болдуин, был основателем и владельцем чугунолитейного завода в Вустершире, а его жена Сара была дочерью президента методистской конференции 1815 года (Генеральная конференция в методистской церкви - единственный орган, который может устанавливать официальную политику).
Друг Гарри, Нед, учился в Оксфорде, где изучал богословие, но в 1855 году, не доучившись, он решил заняться искусством вместе со своим сокурсником Уильямом Моррисом и вступил в Братство прерафаэлитов.
Нед снял квартиру напротив методистской капеллы, где служил Джордж Макдональд, отец его друга. Он был очень рад, что его давний друг и его семья были рядом.
Одна из дочерей Макдональдов, Джорджиана, поступила в Государственную школу дизайна в Южном Кенсингтоне, чтобы изучать рисунок и иллюстрацию (школа располагалась в здании Виктории и Альберта, которое превратилось в Королевскую школу искусств, а затем в Королевскую школу искусств и Колледж искусств). Она мечтала стать гравером по дереву.
Одна из сохранившихся работ Джорджианы
Нед часто встречал Джорджиану по дороге домой, дарил ей цветы, и они гуляли. Очень быстро между Недом и Джорджианой начались романтические отношения. Они были красивой парой: маленькая, изящная, нежная Джорджиана и высокий, статный Нед.
Джорджиана
Кумир Джорджианы увлекся ею не на шутку, и в 1856 году молодые люди обручились. Эдварду было 22 года, а Джорджиане (которую все звали Джорджи) - всего 15 лет.
Благодаря помолвке с Эдвардом, Джорджиана смогла посещать студию, где ее жених работал вместе с Моррисом и Россетти. Джорджиана их боготворила и носила им карандаши и кисточки.
Джорджиана и Эдвард поженились в Манчестере в 1860 году. Джорджиане было 19 лет, а Эдварду 27.
Портрет Джорджианы, выполненный Габриэлем Россетти в 1860 году.
Нед не был профессиональным художником, но он был очень талантлив и изобретателен. В ранних работах он часто женские фигуры рисовал с жены или ее сестер.
У Джорджи была задумчивая, почти меланхолическая красота, которую Нед рисовал в нежной, воздушной манере, которая влияла на большую часть его работ.
Когда Нед познакомил жену со своим кумиром, Джоном Раскином (писатель, художник, теоретик искусства), тот был в восторге от Джорджи и назвал ее "маленькой деревенской фиалкой с голубыми глазами и длинными ресницами".
Первая попытка Бёрн-Джонса в портретной живописи. На портрете Джорджиане 22 года. Картина находится в Бирмингемском музее и при жизни художника ни разу не выставлялась.
Первые годы брака Бёрн-Джонса и Джорджианы были идиллическими, несмотря на то, что после свадьбы у них было 30 фунтов стерлингов и стол с гравировальными инструментами Джорджи. Зато они провели лето с Уильямом и Джейн Моррис в Red House, работая вместе над проектами. В фирме Морриса Джорджиана занималась росписью плитки.
Их первый ребенок, Филипп, родился в октябре 1861 года. Несмотря на то, что Джорджина была счастлива рождением ребенка, и роды были легкими, она оказалась неподготовленной к его рождению.
"Изменения в нашей жизни, произошедшие из-за присутствия ребенка, были очень велики, потому что я привыкла много времени проводить с Эдвардом - читала ему вслух, пока он работал, и во многих отношениях разделял жизнь студии - и я чувствовала себя изгнанницей, слыша через закрытые двери хорошо знакомые голоса друзей и смех Эдварда, в то время как я сидела со своим маленьким сыном на коленях и проливала на него эгоистичные слезы как на "сепаратора с друзьями" и "терминатора удовольствий", - писала позже в своих воспоминаниях Джорджиана.
Летом 1864 года маленький Фил заболел скарлатиной, и Джорджиана вскоре тоже заболела этой ужасной болезнью, которая привела к преждевременным родам ее второго ребенка и его смерти. Выздоровев, Джорджи не могла больше находиться в доме, где произошла трагедия, и семья переехала в другой дом, где в 1866 году родилась их дочь Маргарет. Семья материально стала жить лучше, у них появилась служанка и повар, и Джордиане стало проще вести хозяйство.
Некоторое время спустя Джорджиана пыталась научиться гравировать, но ни одна из ее работ не была опубликована, и она полностью посвятила себя детям и мужу.
Но увы, жизнь с человеком искусства - тяжелая ноша. Художнику нужно вдохновение, свобода и... новая муза. Так случилось и с Эдвардом Бёрн-Джонсом.
В 1866 году греческая наследница Евфросиния Кассаветти, известная в своей семье как "герцогиня", заказала Бёрн-Джонсу картину "Амур и Психея" с изображением своей дочери Марии Замбако.
Мария была пылкой красавицей и ее поведение резко отличалось от поведения викторианских, английских женщин. У Бёрн-Джонса и Марии завязался страстный роман. Роман продолжался до 1869 года. Джорджиана ничего не знала о романе мужа, а может быть не хотела знать, поскольку она знала, что Мария посещает студию ее мужа, чтобы ему позировать.
"Амур и Психея" Бёрн-Джонса. Психея - Марии Замбако. Амура художник рисовал со своей дочери.
В июне 1868 года Джорджиана нашла письмо от Марии в кармане своего мужа во время стирки. Ей стало ясно ясно, что они любовники, но Нед отчаянно делал вид, что ничего не происходит. Джорджиана уехала к матери на несколько недель, надеясь, что муж примет какое-то решение, но Нед не хотел уходить от Джорджи, но и не хотел оставлять свою любовницу.
Мария хотела, чтобы Бёрн-Джонс сбежал с ней, чтобы жить на греческом острове, и когда он отказался, она угрожала выпить яд. Когда это не помогло, Мария попыталась покончить жизнь самоубийством, бросившись с моста в Риджентс-канал. Когда Бёрн-Джонс пытался удержать истеричную любовницу, прибыла полиция, и задержала его.
Бёрн-Джонс уехал в Италию, а когда вернулся, засел дома, а Джорджиана отбивалась от всех посетителей, чтобы они не нарушали его покой. В конце концов Джорджиана устала, забрала детей и поселилась в Оксфорде, сказав Бёрн-Джонсу, что они уезжают на месяц, и она подведет итоги своей жизни. Она решила, что если Нед готов попробовать еще раз, то и она тоже готова. В письме подруге она написала: "Я знаю одно: между мной и Эдвардом достаточно любви, чтобы продержаться вместе долгую жизнь, если она нам будет дана".
Джорджиана. Рисунок Эдварда Бёрн-Джонса
В эти трудные годы Джорджиана подружилась с Уильямом Моррисом, чья собственная жена Джейн влюбилась в Россетти. Моррис и Джорджи, по-видимому, были влюблены друг в друга, но Джорджиана не бросила своего мужа ради него. Как бы то ни было, Бёрн-Джонсы оставались вместе еще тридцать лет, а Моррисы остались женаты. Но Джорджиана и Уильям Моррис были близки всю оставшуюся жизнь. Бёрн-Джонс с нежностью наблюдал за дружбой своего хорошего друга и его жены, как ни странно, не замечая их нежного отношения друг к другу.
В 1880 году семья Бёрн-Джонсов купила дом в Роттингдине, недалеко от Брайтона, в Сассексе. Это открыло новую главу в их жизни, позволившую им оставить позади беды и волнения Лондона. Позже пара приобрела коттедж по соседству, объединив все владения, чтобы создать "Норт-Энд Хаус" и построить студию для Неда.
Джорджиане понравился ее новый загородный дом и сад, и она стала активно заниматься деревенскими делами. Роттингдин стал ее любимым домом. Но состояние муж постоянно требовало ее внимания. Он впал в депрессию после того, как в 1882 году умер его друг Данте Габриэль Россетти. Кроме того, дружба Неда с Моррисом пошла на убыль из-за их противоположных взглядов на социализм.
В 1893 году Бёрн-Джонс принял титул баронета. Сделал он это для своего сына, считая, что титул поможет ему в жизни. Большинство друзей из социалистических кругов, включая Морриса, были потрясены. Джорджиана теперь стала Леди Бёрн-Джонс. Кроме того, Нед, официально сменил свою фамилию Джонс на Бёрн-Джонс, которой он пользовался уже десяток лет.
Портрет Леди Бёрн-Джонс кисти Эдварда Пойнтера (зятя Джорджианы)
Когда дети выросли, Джорджиана стала заниматься общественными делами. Одним из ее проектов была "Галерея изящных искусств Южного Лондона" в Камбервелле. Его целью было привнести художественное образование в рабочий класс. Джорджиана организовала прокат картин от своего мужа, а друзья помогли завершить проект, добавив библиотеку и школу искусств и ремесел.
Сельская жизнь очень нравилась Джорджиане. В 1894 году она баллотировалась в качестве независимого представителя приходского совета Роттингдина и была избрана в 1895 году к большому удовольствию Уильяма Морриса и Неда, которые гордились ею.
Повседневная работа леди Бёрн-Джонс в приходе была сосредоточена на практических вопросах, таких как уличное освещение, набор деревенских медсестер и пожарной бригады для общины. Джорджиана была единственной женщиной-членом совета и работала в совете Роттингдина до 1901 года.
В 1896 году от болезни умер Уильям Моррис. Эта новость опустошила Неда. Джорджиана тоже была бы убита горем, но она осталась стойкой и утешала Мэй и Дженни, дочерей Уильяма.
Нед тоже заболел. Утешением для него была его дочь Маргарет и внуки Анджела и Дени, которых он очень любил. В июне 1898 года Нед умер на руках Джорджианы.
Слева - Бёрн-Джонс с внучкой Анжелой, справа - портрет внука Дениса работы Бёрн-Джонса.
Примерно за месяц до смерти мужа Джорджиана показала ему отрывок, который она писала для романа. Неду отрывок очень понравился, и он посоветовал писать дальше, а еще он попросил жену написать о нем мемуары. Вполне возможно, что он боялся откровений, которые могут нанести ущерб его репутации и будущему его семьи.
Джорджиана приступила к работе еще до смерти Неда, с удовольствием предаваясь воспоминаниям о ранних годах творчества мужа. Она смирилась со смертью Неда и продолжила писать воспоминания. Это был проект, который будет опубликован шесть лет спустя.
Теперь сама по себе Джорджиана была занята больше, чем когда-либо, наряду с писательством она сохраняла политическую активность и продвигала дела, в которые она верила, включая протест против англо-бурской войны.
В 1904 году были опубликованы два тома "Мемориалов" Джорджианы Бёрн-Джонс, которые до сих пор остаются ценным справочным материалом. Тему скандалов в личной жизни своего мужа Джорджиана Джорджиана не описывала, она осталась верна памяти мужа, уважая его желание.
Джорджиана умерла в возрасте 80 лет в 1920 году. Ее спокойствие и уравновешенный характер позволили Бёрн-Джонсу работать, а принятие его причуд, фантазий и неверности, оставаясь рядом с ним, позволило ему добиться успеха. Джорджиана была идеальной женой художника.
Их сын Филипп стал художником-портретистом. Дочь Маргарет вышла замуж за Джона Уильяма Маккейла (академик Оксфордского университета, реформатор британской системы образования). Внуки Анджела Тиркелл и Денис Маккейл стали писателями.
Джорджиана Бёрн-Джонс и дети кисти Эдварда Бёрн-Джонса (художник рисовал этот портрет в течение многих лет, но он так и остался незаконченным).
Муж Джорджианы, Эдвард Бёрн-Джонс, менее известен, как художник Габриэль Россетти или дизайнер Уильям Моррис, но он был непревзойденным мастером витража. Когда художник умер, поминальная служба проходила в Вестминстерском аббатстве, это был первый раз когда художник удостоился такой чести.
Один из витражей Бёрн-Джонса в соборе Св. Филиппа в Бирмингеме
Продолжение следует...